Книга Адепты обмену и возврату не подлежат, страница 75 – Надежда Мамаева

Но… ничего этого не было. А вот интерес… Он был. Как и легкое удивление, что бывает у ведьмы, которая слегка ошиблась в рецептуре. И теперь, глядя на сваренное зелье, размышляла: как же интересно у нее получилось…

Хотя внешне светлый остался невозмутим. Не дрогнул ни единый мускул на его лице, даже взгляд остался прежним.

— Почему ты решила, что у меня есть личина? – задал он закономерный вопрос.

— Вообще-то, до того, как ты не отреагировал на мой вопрос, я еще ничего не решила, но, судя по твоей реакции, она все же у тебя есть. Поэтому спрошу: кто ты такой? Агент? Дознаватель? Только предупреждаю: ложь я узнаю сразу…

— Менталистка… – понимающе усмехнулся Кьяр.

Я выразительно изогнула бровь, ничего не ответив, и скрестила руки на груди.

— Что ж, похоже, без объяснений не обойтись, – светлый криво усмехнулся. – Увы, мне придется тебя разочаровать. Я не шпион на службе короны. И личины у меня нет. Все гораздо проще. Я бастард, который присматривал за младшим сводным братцем.

Оказалось, что кое в чем я все же была права: Снежок был старше меня и остальных одногруппников. Но эльфийская кровь, которая текла в светлом, хотя бы здесь не помешала, а помогла: выглядел Кьяр моложе своих лет.

А еще он успел окончить Вейхонскую академию, что на севере. И даже отслужить несколько лет на границе. Ему бы по договору с академией предстояло еще пять лет уничтожать бестий близ Шумерлинских топей, рискуя каждый день жизнью и отрабатывая долг за обучение, но тут объявился отец, которого Кьяр до этого ни разу не видел. Лишь знал от матери, которая была наполовину эльфийкой, что есть такой герцог Дорс. Правая рука и тень императора Аврингроса Девятнадцатого. Тот, кому Снежок обязан появлением на свет, и тот, кто отказался от сына при рождении.

И вот спустя столько лет он появился перед Кьяром с весьма необычным предложением – сыграть роль сына. Настоящий, законный наследник рода Дорс отправлялся в академию Южного Предела, где традиционно обучались будущие дипломаты и военные. Инкогнито, под вымышленным именем, разумеется. Конспирация нужна была не для того, чтобы аристократа как-то особо не выделяли преподаватели. Скорее чтобы не узнали подсылаемые убийцы. Дорс был на политической арене одной из ключевых фигур. И врагов у него было достаточно. Потому за жизнь своего единственного законного наследника он опасался.

А вычислить того среди толпы адептов было удобнее всего по чарам крови… Но у герцога имелся же еще один сын. Которого не жалко. Бастард…

Дорс предложил Кьяру побыть мишенью для убийц за определенную сумму. И… оказался послан далеко и надолго. Но, увы, тени императора этот маршрут, видимо, был знаком, а может, проводник попался хороший, но, так или иначе, вернулся аристократ оттуда быстро и с сувенирами. В смысле уже не только с деньгами, но и с предложением куда более заманчивым.

Отец предложил бастарду не только погасить долг за его обучение, но и сделать так, чтобы имя Кьяра Бьеркрина исчезло из списков тайной канцелярии.

А все дело в том, что дар у квартерона был девятого уровня. Почти высший. Маги с таким потенциалом обычно стояли на учете у особого отдела. И их склоняли к службе на благо империи. Кого посулами, кого угрозами. К Кьяру тоже перед выпуском приходил человек в сером мундире. Говорил о перспективах, убеждал, что в столице его ждет блестящее будущее. Но Снежок уже к тому времени понимал: за вход в особый отдел – медька, за выход – золотой. И то, скорее всего, этот самый выход будет выносом. Причем вперед ногами.