Книга Адепты обмену и возврату не подлежат, страница 93 – Надежда Мамаева

Ну что же, пора и честь знать. А напоследок – уберу-ка я следы наших с Кьяром аур… И, достав еще один бутылек, буквально несколькими каплями эликсира окропила комнату. На миг в воздухе зависло зеленоватое марево. А затем оно исчезло без следа. И наши следы – вместе с рассеявшимся туманом. Все! Теперь спальня выглядит так, будто фениксенок удрал сам.

То же самое я проделала и в тех комнатах, где мы успели побывать, разыскивая мету. Птиц, повинуясь моему скорее не приказу даже, а настойчивой, зудящей просьбе, летел по коридору зигзагами, так и норовя приземлиться. Я время от времени стирала следы наших аур.

И наконец, когда мы дошли до той самой гостиной, в распахнутое окно которой и пробрались в дом, Кьяр у самого подоконника перехватил летуна и хотел было спрятать того за пазуху, но, видимо, решил, что может помять фениксенка при приземлении. И со словами:

— Подержи пока у себя, – всучил мне алого, а потом добавил: – Прыгай, я тебя поймаю.

И сиганул вниз.

Я же, аккуратно пристроив пернатого в нагрудный карман, встала на подоконник и, убедившись, что на этот раз Снежок стоит прямо подо мной, полетела вниз.

Ухнула, как в сугроб, мягко спружинив… Получилось даже лучше, чем когда светлый ловил меня из окна прачечной… Все же опыт – великая вещь. И сегодня, к слову, не ночь, а прямо-таки сплошное получение последнего.

— Уходим! – скомандовал Кьяр, и мы шустро рванули через кусты прочь. И, когда выбежали в парк, смогли выдохнуть, присев под раскидистым буком.

— Кажется, обошлось. – Я перевела дух и призналась: – Знаешь, а устраивать побег для меты было проще, чем сдавать сегодня практикум на полигоне Мортимеру.

— Угу. Только ты магистру этого не говори.

— Не буду. Хотя он обрадовался бы…

— Ага, и еще как, – согласился Снежок. – Только посмертно. Для нас посмертно, – уточнил Кьяр и добавил: – Хотя возможно, что после упокоения он нас даже и отблагодарил бы за комплимент.

— Мортимер некромант, что ли? – удивилась я. Все же встретить мага смерти, читающего лекции в светлой академии, столь же вероятно, как и демона-проповедника.

— Сплюнь! – фыркнул Снежок. – Этого еще не хватало! Мортимер – стихийник. Но он, помимо маскировки, еще и теорию некромантии ведет у младших курсов.

А где теория, там и практику можно организовать – это я по себе знала. Хотела озвучить сию мысль, но не успела.

Мы со светлым замерли. Потому как сначала едва различимо, потом все ближе стало раздаваться бряцанье костей. А спустя совсем немного времени мы увидели, что в отдалении куда-то целеустремленно трусит коровий скелет.

— Охранные чары, что ли, обновили? – с сомнением прошептал светлый. – Раньше таких сторожей я на территории академии не встречал.

А я присмотрелась и… магическим зрением опознала, что на костях буренки висят чары проклятия. Причем моего! Их нить уходила к небольшому домику, стоявшему, как и апартаменты ректора, в некотором отдалении от академии.

— Слушай, а там кто живет? – Я ткнула пальцем в направлении, где заканчивалась нить проклятия, второй конец которой был хомутом на шее скелета.

— Мортимер… – озадаченно ответил светлый.

А я подумала, что наш преподаватель по маскировке хуже ведьмы. Последнюю только помяни – и готовься от проклятья уворачиваться. Вот и его стоило только вспомнить…