Онлайн книга «Фотографов с рук не кормить»
|
Утром, в машине, я соврал. И убедительно. Она поверила. На полу в прихожей я поцеловал не только чтобы успокоить, но еще и потому, что захотел ее. До рези в паху. Меня впервые сорвало. Накрыло, мать его, как подростка со спермотоксикозом. И сейчас воспоминания о случившемся пульсом отдавались в ушах. И не только в ушах, но и значительно ниже. Воображение рисовало то, чего не случилось. Как я задираю ее футболку, касаюсь пальцами упругой груди. Замираю, вслушиваясь в ее учащенное дыхание. Прокладываю дорожку поцелуев от пупка до опушки джинсов. Расстегиваю молнию, стягивая одежду, сдерживая себя изо всех сил. Спускаюсь еще ниже. Пальцы касаются бедер. Она ждет меня. Влажная. Возбужденная. Стонет, царапая мою спину. Прогибается навстречу, выстанывая мое имя… От яркой, четкой картины своей фантазии я закаменел. Прислонился лбом к холодному стеклу, рвано дыша. Вся моя суть орала: «Надо ее трахнуть!» Но мозгами я понимал, что это только помешает. Будет отвлекать. Уже отвлекает от главного. Я выматерился, стиснув зубы. Надо скинуть напряжение. И решил поработать. И не только руками. Футболка полетела на стул, а я, уперев кулаки и ноги в пол, начал отжиматься, стараясь сосредоточиться на дыхании и считая про себя поднятия корпуса. Аня Спустя час, когда шея затекла, а желудок затребовал еды, я поняла: пусть работа сама себя не сделает, но и холодильник сам себя не ограбит. Огни ночного голода, которые тем ярче светят, чем шире открыт холодильник, становились в моем воображении все привлекательнее. А ещё хотелось выкинуть из головы мысли о Нике. А если выбросить не получится, то хотя бы заесть их чем-нибудь вкусненьким. Потому как все то время, пока я редактировала фото, ловила себя на том, что вспоминаю этого занозу и сноба. И приказывала себе: не сметь. Но мысли-поганки все возвращались к рыжему… Решительно захлопнула ноут. Все! Иду на охоту! Вот только на первой же ступеньке я в темноте умудрилась оступиться. Полетела вниз и, чтобы не упасть, начала перебирать ногами, и… как итог — споткнулась обо что-то матерящееся. Вернее, кого-то. Ника. И узнала много нового. В общем, очень диалектически обогатилась. И, наполненная этими знаниями, со всего маху врезалась в холодильник. — Твою ж…! — выдал Ник Я же, умудрившись каким-то чудом остаться на ногах, терла свой многострадальный лоб, которым едва не забодала холодильник, и чувствовала себя на редкость по-идиотски. — Что ты здесь делаешь? — наконец выдала я ну очень «умный вопрос». — Сейчас? Пытаюсь цензу рно мыслить. Но пока получается только цензурно говорить, — прошипел Ник, вставая. — А до этого — отжимался. А до меня стало доходить, куда именно я саданула и тем, возможно, резко сократила число наследников одного миллиардера до нуля. И если я думала, что до этого чувствовала себя неловко, то поняла: ошибалась. Ощутила, как от стыда загорелись не только щеки, но даже кончики ушей. Хорошо хоть, в темноте не видно, как покраснела. — Извини, — пискнула я. А вот чего не ожидала, так это участливого: — Сама сильно ушиблась? — Ну… как сказать. Кажется, я подтвердила аксиому: сначала человека украшает упорство, а потом еще и синяки. А ведь только хотела перекусить… — Приложи что-нибудь из холодильника, — посоветовал Ник. |