Книга Графиня Фортескью - жена фермера, страница 90 – Эва Гринерс

Выпив по бокалу, и мы засобирались домой.

Саймон умчался вперёд верхом, мы же с Себастьяном ехали в повозке, не торопясь особо. Бросив на меня неловкий взгляд, Себ сказал:

— Надеюсь, ты не думаешь, что я рассуждаю как доктор Нойман. - Его голос был тихим, почти извиняющимся. - Это… это полностью твоя заслуга. Это твои деньги, Эйлин. Только тебе решать, как ими распорядиться.

Я молчала, глядя на проплывающие мимо пейзажи. Ветер трепал волосы, и мысли, как осенние листья, кружились в голове. А ведь правда, скоро осень…

— Да, конечно. Нужно распределить эти деньги немедленно, иначе хозяйство просто встанет.

Себастьян кивнул, внимательно слушая меня.

— Сто сорок - сто пятьдесят долларов пойдут на хозяйство, - наконец произнесла я, перечисляя мысленно каждую статью расходов. - Сорок долларов - на крышу амбара. Она совсем прохудилась, и я больше не могу видеть, как зерно намокает при каждом дожде. Еще двадцать пять долларов - на ремонт пары бревен в стене дома, а то зимой там будет гулять ветер. Десять долларов - на новые семена для огорода, чтобы в следующем году урожая было достаточно на все нужды. Пятнадцать долларов на корм для скота, чтобы лошади и коровы были в силе. Двадцать долларов - на еду для нас самих, включая расходы на мыло и свечи. И, конечно, тридцать пять долларов на зарплату рабочим. Им и так пришлось ждать.

Я перевела дыхание, сумма сошлась. Сто пятьдесят долларов. Ровно столько, сколько нужно, чтобы ранчо не развалилось, выйти из вечного минуса.

— Мы всё ещё проверим и подсчитаем, чтобы не забыть ничего. Но предварительно - сто пятьдесят долларов, - повторила я. - А остальные пятьсот долларов… На них можно было бы жить пару лет не беспокоясь о неурожае или о чем-либо другом…

Себастьян повернулся ко мне, его глаза были полны беспокойства.

— Эйлин, положи эти деньги в банк на свое имя. - Он говорил настойчиво, но мягко. - Может быть, ты… скорее всего, ты захочешь уехать когда-нибудь отсюда. Зачем тебе прозябать здесь у нас? Ты молода, талантлива… ты заслуживаешь лучшего…чем брак с моим отцом. Эти деньги могут помочь тебе с разводом, например.

Тут он запнулся и замолчал.

Я посмотрела вдаль, на убегающую дорогу, на поля, на бескрайнее небо. Мои мысли были далеко-далеко от ранчо, от Себастьяна, от всего, что окружало меня здесь.

— Да, ты прав, Себастьян, - прошептала я, и мой голос звучал как эхо чужих слов. - Мне действительно нужны эти деньги. Я… Я поеду на них в Англию, чтобы найти и привезти домой своего ребенка.

Я сидела, ощущая спиной жесткое сиденье повозки и каждый ухаб на дороге. Слова, сказанные мной, теперь висели в воздухе тяжелым туманом, смешиваясь с запахом пыли и горькой полыни, росшей тут и там.

Я ждала реакции Себастьяна, с каждым ударом сердца ожидая бури, или, по крайней мере, потока вопросов. Но он молчал. Долго. Лишь мерный скрип колес и цоканье копыт нарушали тишину. Когда он наконец повернулся ко мне, я увидела в его глазах что угодно, но не удивление. Скорее, глубокую задумчивость, может быть, даже легкую печаль, но точно не шок от известия о моем решении.

— И когда ты собираешься ехать? - наконец спросил он, его голос был тихим, словно он боялся нарушить хрупкость момента.

Я пожала плечами, чувствуя себя абсолютно потерянной. Мое решение не было спонтанным, продиктованным внезапным приливом надежды и отчаяния. Я ведь долго думала об этом. Но сейчас, когда оно было озвучено, реалии обрушились на меня.