Онлайн книга «Муж штатного некроманта»
|
— Хорошо, госпожа Матильда, - быстро сказал Вебер. – Скажите, а вы помните, как вас убили? — Да, - грустно сказала она. — Вы видели – кто это был? Можете опознать? — О-о, - она вздохнула. – Да, я все помню. Поначалу я приняла его за Людвига. Он так похож… То же лицо, но… Но тот был совсем другой. Злой, резкий. Он подошел ко мне на улице. И сразу схватил за горло… Тут у меня дрогнули руки. Вот все, не удержу… — То есть, он выглядел как господин Лаубе? – спросил Вебер. — Да, точно так, - сказала она. — Тогда почему вы решили, что это не он? — Не знаю… - ее голос прозвучал растерянно. - Но что-то в нем было не так… я даже не знаю… глаза… — Другого цвета глаза? — Нет. Просто в них… ярость и еще… запах другой. От Людвига пахло одеколоном дорогим, а этот… Не успела. Вот тут мне в голову словно ударило. Ох. И все, я выпустила, больше не смогла. Кости покойной рассыпались пеплом. А поняла, что падаю, силы оставляют меня, и так выложилась больше, чем вообще могла. Сейчас головой об угол стола… мелькнуло… Мгновение, и меня подхватывают чьи-то руки, не дают упасть. Потом крики, кажется, Вебера, меня отбирают, поднимают и оттаскивают в сторону. На кресло. Оставляют. Потом какой-то грохот и возня… Я пытаюсь хоть немного открыть глаза и понять что происходит… Там, у стола, на полу, носом вниз, лежит Людвиг, а Вебер заламывает ему руки за спиной, прижимая коленом. — Эй… - я ничего не могу понять. – Что происходит? — Он к вам бросился, леди Одетта, - буркнул Вебер. - Наручники порвал, словно это ниточка… Порвал? Оборотни сильные. А по крови он оборотень, хоть и не оборачивался. Только ведь плохого-то не хотел. — Ганс, отпусти его, он ведь мне помочь хотел, когда я в обморок упала. Отпусти. Людвиг поднял голову ко мне, посмотрел. Нос у него разбит, течет кровь. Цепочка наручников действительно порвана, болтается. Я вдруг подумала, что если порвал, мог бы и Веберу шею свернуть… легко, если б захотел только. Вот тебе и нежный мальчик. 4 Вечером к нам в участок завалилась целая толпа. Музыканты, а словно цыгане – шумят, кричат, разве что песни не поют. Хотя кто-то и петь пытался. — Господин комиссар! – кричали они. – Вы должны отпустить его! Он не виноват! Вы же знаете, кто это? Людвиг Лаубе! У него завтра концерт! Да как вы можете?! Я сидела у себя, слушала это, приходила в себя после магических экспериментов. Голова раскалывалась, столько сил пришлось отдать, а толку… Вернее, толк есть, но совсем не такой, как я рассчитывала. — Господин комиссар! Вы не имеете права лишать людей счастья слушать его игру! Хотя бы завтра на концерт отпустите! Вы же не думаете, что он на концерте кого-нибудь загрызет?! Да что вы?! Его некем заменить, он первая скрипка, талант! Без него все развалится! Хоть на один вечер, господин комиссар! Дико все это. С одной стороны - я все понимаю, с другой – все равно дико. Они спорили там минут пятнадцать, потом услышала уже крики злобные Говарда, и музыкантов выставили на улицу. Какое-то время они галдели и там, потом стало тихо. Я, пожалуй, тоже скоро пойду домой. Мне и так после поднятия покойника выходной положен, для восстановления сил, а я сегодня двух поднимала. Два выходных. Хотя два я дома, конечно, не просижу. Да и один. Тут лаборатория хорошая, я потихоньку своими опытами занимаюсь. Ничего передового, даже ничего нового, просто из личного интереса, на крысах. Завтра все равно надо зайти, глянуть… |