Книга Двуединый, страница 10 – Екатерина Бакулина

— Как ты понимаешь, они могут не только лечить, - сказал Линар. – И контролирую это не я.

Вот тут как-то совсем не по себе стало.

Усыпить, парализовать, сделать все, что угодно, и оглянуться не успеть.

Как с этим вообще можно жить?

— Значит, выбора на самом деле нет? – спросила я.

— При добровольном согласии можно обсудить условия, - он криво усмехнулся.

— Что же в этом добровольного? Я не хочу… не хочу всего этого.

Он сидел передо мной и выглядел немного виноватым, растерянным, словно сам все это затеял.

— Прости… - сказал тихо.

И как-то даже стало жалко его.

— А твоя мать? – спросила я. – Она была такой же, как я?

— Да, - сказал он.

— И что с ней? Где она? В твоем мире ведь люди живут долго… кроме императоров?

Он невесело ухмыльнулся.

Я задаю странные, неудобные вопросы, ему сложно отвечать.

— Свою мать я почти не помню, - сказал он. – Только что-то очень смутное. Она была со мной до трех лет, потом мной занимались учителя. А ей был предоставлен дом на Кальменкуре, это… райская планета с мягким климатом.

— Она бросила тебя?

Линар нахмурился еще больше.

— Нет. Она сделала то, что должна была сделать, не могла остаться со мной. Воспитанием императора должны заниматься специальные люди. А…

Он хотел сказать что-то еще, но не сказал. Подобрался.

— У нее не было выбора? – сказала я. – И от меня могут потребовать то же самое? Родить ребенка и оставить его?

— Может быть, так даже лучше? – в глазах Линара мелькнул какой-то совсем дикий мрак, но он быстро отвернулся. – Ты не увидишь, что ждет его. Я бы не хотел видеть.

Нет! Как вообще можно соглашаться на такое?

— Я не хочу, - сказала я твердо. – Линар, я не хочу такой судьбы. Неужели ничего нельзя сделать?

Он покачал головой.

— Я хочу домой, - сказала я.

Может быть, лучше, пока не поздно, как-то совсем исчезнуть из этого мира? Пусть это будет сон. Это страшно, но… Ведь моя жизнь там дома продолжится?

Мне страшно и даже снова начинает подкатывать тошнота, когда я начинаю думать об этом.

Нужно сосредоточиться на чем-то здесь.

— Дай мне руку, - попросила я. – А то что-то голова снова кружиться.

Он взял меня за руку, быстро пододвинулся ближе, обнял за плечи… Даже потянулся было поцеловать, но вдруг смутился.

— Прости, я… Это хорошо помогает, но я не знаю, вдруг ты…

И как-то насупился. Смешной.

Он не уверен, хочу ли я этого? Раз уж у меня есть свое мнение, я могу не хотеть. Он надеялся, что я буду делать его жизнь проще, помогая… но со мной так не выходит.

И я тоже пока не знаю, чего хочу. Я не против его прикосновений, он честно хочет помочь. Это нужно и ему тоже, он словно котик, который хочет на ручки… большой котик. И все же, он вполне взрослый мужчина.

Потерла ладонями лицо, какое-то время сидела так, стараясь сосредоточиться. Лучше думать не о доме, а о чем-то, о чем мы говорили с ним.

— Подожди, - вдруг возникла странная мысль. – А как выходит, что ты не становишься двумя разными людьми? Ты говорил, что отделяется часть души и со временем формируется в отдельную личность? Та я, которая дома – это ведь уже не совсем я. Чувствую, это… не так, как у тебя. Я воспринимаю эти части не одинаково. Я – именно здесь, а не там.

— Да, - сказал он, чуть озадаченно моргнул. – У нас это происходит по-разному.

— А что с тобой принципиально не так? Почему?