Книга Двуединый, страница 8 – Екатерина Бакулина

— Не знаю, - сказала я, - но долго я так не смогу.

— Потом будет легче. Самые сложные – первые несколько дней, - сказал он.

— И что будет со мной потом? Ты ведь планировал развлечься немного и потом, когда это тело помрет, поменять на новую?

Бояться мне нечего, лучше говорить прямо. И узнать сразу.

— Все немного сложнее, - Линар нахмурился, вздохнул. – Давай, присядь, я попробую тебе объяснить. На самом деле то, что с тобой вышло вот так, значит, что поиски, скорее всего, закончены.

— И что ты искал?

— Сядь, - сказал он. – Если в течение десяти дней с тобой все будет в порядке, тебе могут предложить договор.

— Какой? – в кресло я плюхнулась почти с облегчением, после упражнений болели ноги. Но вот это все заставляло напрячься еще больше.

— Совет ищет таких, как ты, - сказал Линар. – Устойчивых к разделению, способных сохранить себя и не сойти с ума. Это очень редкое качество. Как правило, оно передается по наследству. Последний раз такое удалось с моей матерью.

Он смотрел на меня очень внимательно, словно пытаясь понять, что я думаю. Надеюсь, он не умеет читать мысли? А то здесь я могу поверить во что угодно.

— Ты хочешь сказать… - как-то все это мне не нравилось. Матерью? Передать это качество своим детям? Так значит и я…

— Тебе могут предложить родить наследника, - сказал он. Как-то очень холодно.

— Могут предложить? А разве это решаешь не ты? Подожди… а если я откажусь?

Я даже не знала, как мне реагировать на это. Как-то слишком, я не готова.

— Решаю не я, - сказал он, так, словно подобный вопрос удивлял его. – Решает Совет.

— Но ведь ты… император!

Он улыбнулся, чуть кривовато.

— Император Хиткай-Тши не обладает властью. Я знаю, в некоторых мирах это не так, но здесь император только дань традициям. Символ величия. Как знамя. У меня есть обязанности перед своим народом, но личных решений быть не может. Личных желаний…

Он как-то совсем по-детски упрямо поджал губы, с затаенной злостью. Словно он признавал это, не был готов принять до конца.

— Но это неправильно, - сказала я. У императора должна быть власть.

— Это правильно, - чуть резковато сказал он. – Человек с нестабильной психикой не может принимать решения. Человек, плохо осознающий даже свои потребности, не говоря уже о потребностях целого народа. Это недопустимо.

Он повторял чужие слова. Жестко, словно выплевывал.

— Но ты… ты ведь отлично все осознаешь?

Он покачал головой, его серые глаза совсем потемнели.

— Сейчас да… возможно. Но так будет не всегда. Два тела разум еще способен удерживать. Три – уже намного сложнее.

Это… немыслимо.

— Ты говорил… твой отец… в семи телах?

Я только сейчас, наверно, осознала, какой это ужас.

— Да, - сказал Линар. – Последний год его носили в паланкине и кормили внутривенно.

Спокойно и холодно. Я поняла, что у меня у самой мороз по коже.

— И сколько лет ему было?

— Тридцать восемь, - Линар скрипнул зубами. Облизал губы, наверно, с минуту молчал, глядя в пол. – Если хочешь знать, минимальный возраст для вступления в Совет – восемьдесят. До этого возраста считается, что ты слишком молод, чтобы заниматься государственными делами. Мало опыта. Мне такое не светит. Обычный человек империи за свою жизнь успевает увидеть смену семи, а то и десяти императоров. Зато император всегда красив и молод, очень удобно…