Книга Мой покойный муж, страница 30 – Екатерина Бакулина

Он замолчал.

Потом наклонился ко мне, осторожно коснулся моего лба губами. Совсем осторожно. Я стояла замерев, не понимая, как себя вести и что сейчас от меня требуется. Нет, я понимала в целом, что делаю люди в постели, и даже видела однажды, как горничная обнималась с лакеем за лестницей, и как она стонала, ей точно нравилось… но я… я ведь не горничная. Моей матери точно не приходилось делать ничего. Если отец хотел, он просто приходил и все брал сам, не интересуясь, хочет моя мать или не хочет.

А Нэт явно ждал чего-то. Я не понимала.

Он попытался поцеловать меня в губы, но тут я замерла еще больше. Потому что совсем не понимала, как целоваться… и можно ли мне, ведь я леди… и… Мне было неловко. Единственное, о чем я думала, так это о том, как бы поскорее все это закончилось. К чему все эти странные действия и слова, когда можно просто…

Нэт понял.

Он положил ладони на мою талию. Потом развернул меня к себе спиной, принялся расшнуровывать мое платье. По тому, как он делал это, было отлично понятно, что делал не в первый раз, у него опыт.

Он снял мое платье, нижнюю юбку. Я думала, он и сорочку мою попытается снять, но он принялся раздеваться сам. Сердито, сосредоточенно сопя. Сапоги бросил в сторону…

Без одежды он казался еще больше. Такие широкие плечи, крепкие руки… У меня в ушах шумело от всего этого, от выпитого вина. И все равно, кроме жуткой неловкости я не чувствовала ничего.

Он снял с меня сорочку, повел на кровать, уложил.

Он честно очень старался быть нежным, пытался поцеловать меня, погладить по волосам, сделать хоть что-то, что не напугает меня и может понравиться. Но от любого его прикосновения меня била нервная дрожь. Я лежала зажмурившись. Неловко, неудобно, странно… немного больно… мне нужно что-то делать или нет?

Не понимаю, как Нэт не сломался тогда и не сбежал.

Но после той, первой ночи, я забеременела и родила Кита. Вот так сразу.

Нэт не сбежал. Остался со мной до утра.

Я помню, как проснулась, поняла, что он на меня смотрит.

Внимательно так смотрит, чуть улыбается.

А я лежу и смотрю на него. У него широкий свежий шрам под ключицей, он недавно вернулся из похода с Джоном, был ранен… У него зеленые глаза, веснушки, брови совсем светлые… и видя, что я рассматриваю его, он улыбается так тепло.

— С добрым утром, — сказал он. — Ну, как ты?

— С добрым утром, милорд… все хорошо.

Я не могла. Все, что я должна делать и говорить, слишком глубоко во мне сидело, от этого не избавиться так просто.

Нэт вздрогнул.

— Айлин… давай не будем, ладно.

И вот он уже недоволен — я чувствовала по голосу. И мне было не по себе. Все воспоминания прошлой ночи навалились разом. Я понимала, что мой муж ожидал от меня чего-то другого, я должна была вести себя как-то не так… И теперь он недоволен.

Мой муж… ему было-то едва двадцать лет.

— Простите, милорд… — шепнула я.

Он зажмурился.

И как-то вдруг резко сел. Потом спрыгнул с постели. Подошел к столику, взял вчерашнюю кружку. Он вчера заставил выпить меня, но не пил сам. Теперь вял и выпил. Потом налил и выпил еще.

— Ну вот, — сказал, почти неестественно бодро. — Теперь законность нашего брака не будет вызывать сомнений. Все как надо.

Принялся одеваться.