Книга Созданная для любви, страница 24 – Наташа Мэдисон

Программа выскальзывает у меня из рук, и я наблюдаю, как она летит, в конце концов опускаясь на пол. Иду по проходу и замечаю, что букет белых пионов валяется на полу прямо там, где я стояла. Рядом лежит листок белого цвета с распечатанным письмом. При взгляде на него внутри все холодеет.

— Да пошло оно все, – говорю я вслух, ни к кому не обращаясь. – Трэвис был прав. Мне нужно выпить.

Иду в сторону комнаты, из которой по коридору можно пройти прямо в зал. Я ожидаю найти там свою сестру, которая следит за порядком в помещении, вот только и там тоже пусто. Единственный звук – цоканье моих каблуков по полу.

Пройдя внутрь, вижу, что все накрытые для гостей столы пусты. Пробираюсь к бару и останавливаюсь, потому что на одном из табуретов замечаю Аса. На барной стойке перед ним стоит бутылка виски и маленький бокал. Он наливает себе янтарную жидкость и за пару глотков уничтожает ее. Опускает бокал, затем наливает еще одну порцию.

— Здесь свободно?

Открываю бутылку виски и наливаю жидкость в маленький хрустальный бокал. Даже не ставя бутылку на стойку, выпиваю содержимое бокала. Янтарная жидкость обжигает горло и оседает в желудке. Быстро наливаю новую порцию и выпиваю ее, а затем аккуратно опускаю бутылку на барную стойку рядом. Смотрю на маленькие капельки виски в пустом бокале. В голове снова и снова звучат одни и те же слова. «Я люблю тебя, Шейла». Качаю головой.

— Ради всего святого. – Снова беру бутылку и наливаю чуть больше, чем в прошлый раз. В два глотка опустошаю бокал и шиплю, потому что ощущаю жжение в желудке. Опускаю бокал и наливаю новую порцию.

— Здесь свободно?

При звуке голоса Шелби поворачиваю голову и вижу, что она стоит рядом, одетая в свадебное платье. Стоило мне увидеть ее в помещении для церемонии, я обалдел настолько, что наклонился и прошептал Джозефу, какой он счастливчик. Цвет голубых глаз напоминает цвет океана перед штормом, и именно это должно было дать мне понять, что что-то случилось. Ее глаза темнеют, лишь когда она очень зла, но я решил, что дело в нервах. Шелби отодвигает табурет и садится рядом.

— Не уверен, что у них хватит алкоголя на двоих, – шучу я и снова наполняю бокал. Поднимаю его, морщусь, а потом осушаю.

Опускаю взгляд на свою руку и смотрю на сбитые окровавленные костяшки. Снова сжимаю руку в кулак, а потом разжимаю, чувствуя, как напрягается кожа.

— В кино такое всегда происходит по-другому. – Усмехаюсь. Я даже не собирался бить его, но когда он произнес мое имя, терпение лопнуло. Было ли приятно? Еще бы. Поступил ли я незрело? Естественно. Но повторил бы я подобный опыт? Даже не сомневайтесь. – В кино парень просто бьет, а потом уходит с важным видом.

Шелби откидывает голову назад и смеется, затем наклоняется ко мне.

— Ты держался достаточно самодовольно.

— Ага, но при этом морщился от боли. – Наливаю новую порцию. – Хорошо, что ты этого не видела.

Шелби отталкивается от стойки, и я помогаю ей слезть с табурета. Платье настолько пышное, что еще чуть-чуть, и поглотит ее. Она обходит стойку, а я понятия не имею, что, черт возьми, она делает. У меня слегка кружится голова, поэтому решаю уточнить.

— Что ты там делаешь? – Слежу за каждым ее движением.

Она выходит из-за барной стойки, и я вижу, что в руке у нее белая салфетка. Она снова садится на табурет, и платье как будто становится больше.