Книга Созданная для любви, страница 94 – Наташа Мэдисон

— Да, детка, – отвечаю я, засовывая руки в карманы брюк и решая подождать чуть-чуть и пока не открывать дверь.

— Мне нужно, чтобы ты досчитал до ста восьмидесяти. – Опускаю голову и тихо смеюсь. – А потом сломал эту дверь.

— Если выбьешь дверь, – предупреждает Пресли, подходя ко мне, – будешь платить тройной штраф. – Затем качает головой. – Она ведет себя неразумно, – и указывает на дверь.

— Неправда! – кричит Шелби. – Сколько секунд осталось?

Пресли смотрит на меня и поджимает губы, ожидая моего ответа.

— Сто пятьдесят.

— Сто пять! – снова кричит Шелби, и я вижу, что фотограф бежит по коридору и выходит через заднюю дверь.

— Можешь отойти? – кричит Кларабелла. – Ради бога, успокойся, и тогда я смогу открыть дверь.

— Ладно, – хмыкает Шелби. – Но тебе лучше поторопиться.

— Надев платье, она тут же сказала: «Теперь я готова». – Пресли качает головой.

— Она была готова уже утром, когда я сбежал из комнаты. – Смотрю на Пресли, и она поджимает губы.

— Вы двое хуже всех. – Она качает головой, а я пожимаю плечами.

Шелби вообще хотела улизнуть и никому ничего не говорить, а для меня важно было лишь надеть кольцо ей на палец. Я согласен на свадьбу посреди тропического шторма или в лыжных костюмах, мне все равно.

— Готовы? – Пресли стучит в дверь, и я рассматриваю ее платье, которое сильно отличается от того, что было в первый раз.

Все по-другому, ведь мы специально оговорили – никакого белого цвета. Ни белых цветов, ни белых украшений, ни белых салфеток. Глубокий красный цвет на платье Шелби сочетается с моим галстуком-бабочкой. А мой костюм темно-синий, потому что Шелби упоминала, как любит на мне этот цвет.

— Мы готовы, – слышу голос Кларабеллы, а затем Пресли смотрит на меня.

— А ты? – ухмыляясь, спрашивает она. – Она выглядит…

— Она выглядит потрясающе, как и всегда.

— Ладно, хватит уже нести эту романтическую чушь, а то меня сейчас вырвет. – Она прижимает ладонь к животу, и я делаю глубокий вдох, когда открывается дверь.

Войдя, вижу лишь украшения, которыми заставлена комната. Исчезло все белое, теперь там стоит красный диван и четыре огромных букета из персиковых и красных роз.

— Встань здесь. – Пресли указывает на середину комнаты. – И повернись лицом к двери. – Выполняю указания и тут слышу, как Кларабелла говорит Шелби, что та может войти.

Фотограф стоит рядом, и внезапно от нервозности мои ладони становятся мокрыми. Не потому, что я боюсь, а потому, что мне не терпится прикоснуться к Шелби. Слышу стук ее каблуков, а потом напрягаюсь, когда чувствую за спиной ее присутствие.

— Пока не оборачивайся, – тихо велит она и касается моей спины. Затем обнимает меня за талию, и я опускаю взгляд, чтобы наконец посмотреть на ее наряд. Нежно-персиковое платье с красным поясом. Она упирается лбом мне в спину, а я сжимаю ее руку. – Люблю тебя, – говорит она, и я слышу в ее голосе слезы. – Мне страшно, – добавляет шепотом.

— Можно теперь повернуться? – Сердце стучит как безумное.

Замечаю Кларабеллу, та вытирает слезы и кивает мне.

Поворачиваюсь, смотрю на Шелби и улыбаюсь.

— Привет, – тихо говорю я, и она отвечает улыбкой. Оглядываю ее с ног до головы и понимаю, что воспоминание об этом моменте навсегда запечатлеется в моей памяти и для него мне не нужны фотографии. Ткань облегает стройное тело, а благодаря телесной подкладке персиковое кружевное платье в пол выглядит еще эффектнее. Наклоняюсь и целую Шелби в плечо.