Книга Чертовски неправильный мужчина, страница 140 – С. Р. Джейн

Но я не останавливалась.

Пока не сделала шаг… и нога вдруг не подкосилась.

Я рухнула.

Пот и слезы приковали меня к полу. Слишком много всего – боль, горечь, ужас.

Я погружалась во тьму. Перед глазами все расплывалось от изнеможения. Может, утром меня просто найдут здесь.

Я представила, как они будут бродить вокруг, даже не позаботившись о том, чтобы вызвать полицию или убрать тело. Ведь я теперь пустое место.

Ничто.

Рядом послышались шаги. Я с трудом приподняла веки, равнодушно смотря в сторону двери.

Но глаза сами распахнулись, когда я разглядела, кто там стоит.

Кэмден.

Горло сжалось от стыда – противного, едкого, омерзительного. Внутри все сжалось от унижения. Это совершенное существо видело меня в самом жалком виде.

Но я не пошевелилась. Просто лежала, глядя ему в глаза. Может, так и должно быть. Может, я уже и правда сдалась.

А может… мне просто хотелось, чтобы кто-то наконец увидел. Увидел, как мне больно. Как я сгораю. Как каждый новый день крадет у меня даже тень надежды.

— Девочка моя… – его голос дрогнул, будто моя боль пронзила и его.

Она глубоко проникла в меня, как корни прорастают в землю.

Он медленно приблизился, словно подкрадывался к раненому зверю, который уже едва дышит. Опустился рядом, осторожно коснувшись пальцами моей щеки.

— Ох, малышка…

Его прикосновение согревало, но я так и не сдвинулась с места.

Не дрогнула даже тогда, когда он обнял меня и прижал к себе, подняв так легко, будто я ничего не весила.

Я не понимала, в сознании ли еще. Все казалось сном, а мир вокруг – размытым пятном боли и усталости. Но сквозь эту пелену его крепкие руки осторожно подняли меня с холодного пола студии, прижав так, будто я – что-то бесконечно важное.

До него меня никто не держал. Может, мать и поднимала в детстве, но, судя по тому, что я о ней знала, скорее всего, она просто оставляла меня в кроватке, пока я не перестану плакать.

Не было сил даже пошевелиться. Спросить, куда он меня несет.

Я просто сдалась. Позволила унести себя, его ровные шаги убаюкивали, погружая в… покой.

Полную противоположность тому хаосу, что разрывал меня до этого.

Когда мы вышли к машине, ночной воздух, прохладный и мягкий, коснулся кожи.

Я все еще не понимала, в сознании ли нахожусь, когда он открыл дверь и бережно усадил меня. Пристегнул ремень, а я лишь медленно моргнула в ответ.

Безопасность. Вот что я чувствовала. Она разливалась теплом, золотистым светом наполняя изнутри, смывая тревогу, что копилась весь день.

— Спасибо… – прошептала я.

Он откинул с моего лица волосы, слипшиеся от пота.

— Всегда, – сказал он.

Я закрыла глаза, позволив слезе скатиться по щеке.

Потому что не знала – бывает ли «всегда» на самом деле.

На следующий день в танцевальном классе я чувствовала себя разбитой. Кэмден сразу уложил меня спать, как только мы вернулись домой, и я проспала до самого начала занятий.

Он пытался выяснить, что случилось, но я отмахнулась, пообещав объяснить позже. Типичная отговорка.

Пять таблеток ибупрофена – только благодаря им я сейчас стояла у станка, пытаясь держать плие.

Нога болела так, будто по ней проехал грузовик. Мне бы хотя бы день отдыха. Нет, лучше месяц. Больше года не было таких приступов, а сейчас все вернулось с утроенной силой.

— Анастасия.