Книга Чертовски неправильный мужчина, страница 138 – С. Р. Джейн

Ее крик сорвался с губ в момент глубокого наслаждения, наши тела окутала страсть.

Я застонал, когда ее охватило наслаждение.

С рычанием я слизал каждую каплю, не переставая двигаться – мне нужно было, чтобы она испытала удовольствие снова.

— Кэмден, я не могу… – ее голос дрожал.

— Еще раз, – приказал я. – Покажи папочке, на что ты способна, малышка.

От этих слов тепло разлилось по груди… и ниже.

И почти сразу же ее тело снова затряслось. Ее вкус заполнил рот – чистое блаженство.

Я эгоистично заставлял ее испытывать блаженство, чтобы чувствовать всю ее снова и снова.

Ничего слаще в жизни не пробовал. Готов был жить у ее ног, если бы она позволила.

Черт, удовольствие накатило внезапно, резко, сжимая все внутри… и, блин, как же было больно от малейшего движения.

Да, тело еще не зажило.

Но скоро.

С неохотой я отстранился, лизнув ее напоследок, хотя желание не угасло – сейчас это было лишним.

Анастасия отодвинулась от меня, и я подхватил ее, прежде чем она упала.

— Ого… – ее голос звучал вяло, так, как бывало только после головокружительного удовольствия… или после наказания. – Я и не думала, что мое тело может так…

Я усмехнулся, облизнув губы – ее вкус все еще оставался там.

— Люблю тебя, красотка, – прошептал я, уткнувшись лицом в ее шею.

— Я тоже люблю тебя, Кэмден, – выдохнула она.

И, может, татуировка в виде сердца и не нужна… Кажется, она уже оставила след во мне – навсегда – где-то глубоко.

Следующая неделя пролетела в блаженном забытьи. Даже репетиции с Даллоном не выбивали меня из колеи… пока не произошло это.

Я грузно рухнула на пол, и резкая боль пронзила ногу. Даллон склонился надо мной, его лицо побелело.

— Черт. Прости. Ты прыгнула раньше времени. Сбила ритм!

Я сделала все правильно. Это он ошибся. Но сейчас мне было не до обвинений – всю голову заполонила нарастающая боль. Нога пылала, будто ее поджаривали на раскаленных углях.

Не сломана. Только бы не была сломана, – повторяла я про себя, будто силой мысли могла отменить последствия его промаха.

Горло сдавило от паники, но я заставила себя подняться, стиснув зубы, чтобы не разреветься. Сейчас нельзя было показывать слабость.

— Пойдем к доктору Дженкинсу, – Даллон сказал это тише и мягче, чем за все предыдущие репетиции. И, что удивило, даже не пытался приставать. Видимо, у него все-таки были границы, через которые он не переступал.

Медпункт театра находился прямо в здании. Здесь пахло стерильной чистотой, а холодный бездушный свет напоминал все больничные кабинеты, в которых мне доводилось бывать.

— Присаживайся-ка сюда, – доктор Дженкинс указал на кушетку. – Даллон, ты свободен, – добавил он. – Спасибо, что проводил мисс Леннокс.

Даллон нахмурился – уходить он явно не собирался.

— Пока, Ана, – буркнул он нехотя и, наконец, вышел.

Боль в ноге была такой сильной – меня даже не волновало, что он снова использовал это противное прозвище.

Доктор Дженкинс умел разговаривать с пациентами. Да и внешность работала на него: седые волосы, румяные щеки, курносый нос и округлый живот, который он с улыбкой объяснял страстью к сладким булочкам.

Он осторожно осмотрел ногу, а потом отправил меня с ассистенткой на рентген.

Сердце все это время бешено стучало, будто пыталось вырваться из груди.