Книга Чертовски неправильный мужчина, страница 32 – С. Р. Джейн

Черт. Вот это поворот.

— Умница.

Глаза расширились, румянец стал гуще. Я наблюдал, как она покорно откусывает очередной кусочек.

— Хочешь еще арахисового печенья? – хрипло спросил я.

Она прикусила губу, замерла на мгновение. Я наклонился вперед – жаждал услышать ответ.

— Я думала, у тебя аллергия, – прошептала она, и в глазах блеснула озорная искорка.

Я отпрянул, рот сам собой раскрылся от неожиданности.

Она все слышала.

Меня будто разорвало на куски. Уничтожило.

На ее потрясающем лице расплылась улыбка.

— Еще увидимся, – бодро бросила она. Так откровенно отшила. Хотя минуту назад от ее реакции я готов был растечься по этому полу.

— Э-э… да. Пока, – пробормотал я, лицо пылало от стыда.

Какие нахрен тридцать один? Сейчас я чувствовал себя лет на десять.

Но плевать. Плевать, что я выглядел как кретин и все это время был не в своей тарелке. Потому что теперь я знал одно.

Она меня заметила.

Анастасия сидела за столом еще где-то полчаса, допивая чай и доедая ужин. Я остался, обычно уже давно ушел бы. Но сейчас я не мог позволить себе уйти, пока она все еще была здесь.

Не вспомню точно, чем я тогда занимался… Может, наполнял бутылки горчицей. А может, и нет.

Когда она наконец вышла…

Я последовал за ней.

Так я официально взял на себя новую роль – сталкера.

Девушка отправилась пешком – неудивительно, большинство посетителей центра либо ходят пешком, либо ездят на автобусах. Я оставил машину у приюта и двинулся следом, держа дистанцию в полквартала. Район, мягко говоря, не из самых благополучных. Но здесь много организаций, которые помогают тем, кто действительно нуждается в помощи.

А значит, у нее проблемы. И я не мог с этим смириться. Мне нужно было помочь ей.

Это превратилось в навязчивую идею.

Двое мужчин у заброшенной заправки крикнули ей вслед что-то похабное, и я мысленно начал планировать их похороны.

Она прошла под чертовым мостом – у меня сердце едва не остановилось.

А когда свернула в темный переулок – я чуть не бросился за ней, чтобы силой увести к себе.

Вокруг почти не было жилых домов. Лишь обветшалые здания и лавки, доживающие последние дни.

Куда она направлялась?

Я осознал: мне нужно попасть к ней домой. Узнать все. Где она живет.

С кем…

Ладно, лучше пока об этом не думать.

Девушка свернула за угол, и я окончательно запутался – дальше вообще ничего не было, кроме…

Живот свело от боли, когда она поднялась по ступеням к «Хэйвену» – приюту для женщин и детей.

Черт возьми, она бездомная.

Что-то внутри переломилось. Ярость, боль, отчаяние – перед глазами встала картина: узкая койка, тонкое одеяло, плоская подушка – все, что у нее есть. Она спит в одежде, в которой ходила на улицу, потому что другой нет, и радуется, если утром находит все личные вещи на своих местах.

Я знаю, каково это. Те пару месяцев с мамой… спать там было невозможно.

Теперь понятно, откуда эти круги под глазами.

Несмотря на то, что «Хэйвен» не самое худшее место, там все равно было опасно. Отчаяние, нищета, постоянная нехватка самого необходимого – от них здесь не деться никуда.

А вдруг с ней что-то случится сегодня? Даже все мои связи, наработанные за годы волонтерства, не помогут просто так войти внутрь.

Я метался по переулку, сердце бешено колотилось, словно рвалось наружу.