Книга Чертовски неправильный мужчина, страница 30 – С. Р. Джейн

— Согласен, – тут же сказал я, хотя на самом деле обожал лимонад. Одно из самых ярких детских воспоминаний – сижу на веранде у бабушки Джеймс и потягиваю холодный лимонад.

Но ради нее я бы и от лимонада отказался, честное слово.

Она взглянула на меня с любопытством, и я мгновенно выпрямился. Подай знак, умоляю. Хоть каплю интереса, черт возьми.

Нет. Ничего. Даже на бицепсы не взглянула.

Мой ангел еще раз поблагодарил – и исчез. Слишком быстро, чтобы я успел придумать, что сказать дальше.

Я облажался. По полной.

— Ну ты и клоун, Джеймс, – фыркнул Фредди, пока мы наблюдали, как она пробирается сквозь толпу к столику у стены. Она опустилась на стул с королевской грацией – спина прямая, подбородок гордо приподнят.

Одна.

— Ага, – пробурчал я в ответ.

Протянул ему щипцы:

— Подменишь? Мне… нужно пройтись.

Он расхохотался мне вслед, пока я решительно двинулся в обход. Сперва кивнул паре завсегдатаев – чтобы не было слишком очевидно, что сорвался с поста из-за нее.

Но глаза все равно искали ее.

Анастасия сидела, ссутулившись, и во всей ее позе читалась растерянность. На лице – такая тоска, что у меня сжались кулаки. Не могло быть, чтобы такое совершенство выглядело так… опустошенно. Хотелось понять, что случилось. О чем она думает. Хотелось подойти, наклониться и прошептать: «Позволь мне это исправить».

Но я сдержался. Сначала подошел к Шону – тот тут же начал в красках пересказывать первый период нашего последнего матча. С трудом вырвался.

Сначала миссис Несбитт, затем мистер Томпсон и наконец…

Я приблизился к ней сбоку, осторожно, стараясь не напугать. Знал, что у многих девушек есть триггеры на резкие движения, особенно здесь.

— Как индейка? Вкусно? – пробормотал я и чуть не скривился. Что не так с моим голосом? Почему он такой низкий и странный? Будто это не я говорю, а Бэтмен.

Она едва не выронила сэндвич. Впервые увидел ее неидеальной – глаза широко раскрыты, взгляд растерянный. Она оглянулась, словно не поверила, что обращаются именно к ней.

Не понимаю, чему удивляться. Любой мужчина на моем месте поступил бы так же. Вел бы себя как влюбленный щенок.

Наконец она подняла на меня глаза, осознав, что больше рядом никого нет. Пухлые губы слегка приоткрылись, но слова, кажется, застряли в горле. Я не отводил взгляда, и она тихо кашлянула:

— Сэндвич действительно хорош, – прошептала она и, словно в доказательство, откусила еще немного.

Я застыл, разглядывая ее – каждую деталь на этом безупречном лице.

Только рядом с ней я понял: она молода. Очень. Ни морщинки, ни прыщика – только чистая наивная открытость.

Но восемнадцать ей точно исполнилось. Несовершеннолетних сюда без сопровождения не пускали, правила строгие.

Тогда… Девятнадцать? Двадцать? А мне тридцать один, черт возьми.

Ну что ж, в целом – сойдет.

Мой типаж, конечно, женщины постарше, но в ней было… что-то особенное. Не только талант. Не только та одержимость, с которой она отдавалась музыке на сцене.

Она выглядела такой беззащитной – ее взгляд поразил меня до глубины души. Мне захотелось защитить эту девушку от всех ужасов мира и сделать ее своей. Возраст не имел никакого значения. Внутренний голос шептал: моя девочка нуждается в защите.

Да и, как я не раз говорил Логану, нашему нагловатому новичку, я вовсе не старик.