Книга Чертовски неправильный номер, страница 48 – С. Р. Джейн

Я скучала по улыбке.

Впрочем, так даже лучше. Поэтому я его и оттолкнула. Улыбка меня не прокормит. И она не гарантирует, что я не превращусь в свою мать.

В аудиторию я вошла, наверняка напоминая утонувшую крысу. Коннор попытался привлечь мое внимание, указывая на пустой стул рядом с собой, но я притворилась, что не замечаю его, и прошла в противоположный конец аудитории. После нашего неудавшегося ужина у него откуда-то под глазом появился синяк, который, как он утверждал, выступил после травматичной футбольной тренировки. Синяк уже почти прошел, но, к сожалению, что бы там ни влетело ему в голову, оно не вбило в нее информацию, что Коннор мне неинтересен.

Я отжала волосы, сотворив на полу небольшую лужу и вызвав тем самым хихиканье нескольких девушек. Я слабо рассмеялась вместе с ними и взмолилась, чтобы занятия закончились побыстрее.

Профессор Уоткинс вошла в аудиторию в гораздо более хорошем расположении духа, чем обычно. Можно сказать, окрыленная. По щекам расплылся румянец, тонкая прядка волос выбилась из строгого пучка. Я обменялась ухмылкой с сидевшей неподалеку одногруппницей.

— Класс, – Уоткинс хлопнула в ладоши, едва не подпрыгивая на месте. – Сегодня у нас неожиданный гость, который хочет рассказать о своей невероятной карьере. Он звезда в наших краях.

В моей груди вдруг стало тепло от предвкушения и испуга одновременно. То есть, конечно, это невозможно.

— Пожалуйста, поаплодируйте: Линкольн Дэниелс! – она выкрикнула его имя практически как тринадцатилетняя девочка на концерте любимого бойз-бэнда.

Сверкающие янтарные глаза и дикая грива золотистых волос. Его энергетика поразила меня, будто я снова увидела его в первый раз. Все в нем излучало первобытную мужественность, просачивающуюся мне под кожу и вызывающую головокружение. На нем была приталенная черная рубашка хенли, подчеркивающая крупное и накачанное тело, и дурацкая бейсболка, надетая задом наперед, словно он знал, что такое ее ношение сводит многих женщин с ума.

Линкольн глазел на меня с неприкрытым желанием, которое отозвалось у меня прямо между ног. Он превращал меня в чудовище. Еще несколько недель назад мысли о сексе или о чем-то, связанном с ним, меня абсолютно не волновали. Но сейчас…

— Привет, ребята. Как дела? – спросил он своим сексуальным хриплым голосом.

Девушка рядом со мной буквально таяла на месте: она прерывисто дышала и словно находилась на грани оргазма.

Конечно, я прекрасно ее понимала, но внутри все равно вспыхнул огонек ревности.

— Для тех из вас, кто меня не знает, я центральный нападающий…

— Звездный центральный нападающий, – выдохнул парень с первого ряда.

— Ну, я…

— Родился в частном крыле мемориальной больницы Арлингтона в семье магнатов-миллиардеров, Анстэда и Шеннон Дэниелс. Тебя провозгласили гениальным игроком в ту минуту, как ты в возрасте двенадцати лет ступил на лед. В четырнадцать подписал контракт с «Далласскими рыцарями», поступил в хоккейный колледж Дартмута, вывел свою команду в четыре национальных чемпионата, а потом попал в НХЛ. В первый сезон стал новичком года, а в последние два лидировал в лиге по количеству забитых шайб, – затараторил парень с восхищенным трепетом.

— Что ж, немного жутко, – съязвил Линкольн, и вся группа покатилась со смеху.