Онлайн книга «Вакцина любви»
|
Незнакомец ухмыляется, и на щеках у него появляются очаровательные ямочки, а вокруг глаз разбегаются лучики морщинок. — Привет. Беспокойство во мне начинает рассеиваться. — Привет. Прости. – Я указываю на свою ногу. – Кажется, твой напиток теперь на мне. Взгляд темных глаз задерживается на моей щиколотке, а затем медленно скользит вверх по ноге, вызывая смутное, но острое ощущение, будто его до смешного привлекательные руки касаются моей кожи. Ух ты. Здесь что, вдруг стало жарче? — Ничего страшного, – говорит он. – Но, кажется, я испортил твои туфли. Я испускаю невольный стон, с печалью глядя на шелковый бантик и пятно на нем. — Я любила эти туфли. Мой собеседник хмурится: — Может, облить и вторую, чтобы они сочетались? — О, будь так любезен, сделай это ради меня. — Для тебя все что угодно, э-э… Он приподнимает брови, явно ожидая услышать мое имя. — О, я Грейс. Незнакомец протягивает мне руку и улыбается: — А я Джулиан. Губитель туфель. Только прошу, не рассказывай об этом моей сестре. Если она узнает, что я угробил такую пару, она от меня отречется. Я тихо посмеиваюсь: — Твой секрет в полной сохранности, не беспокойся. Погоди-ка… так ты – Джулиан Сантини? Улыбка сползает у него с лица, а хватка теплой руки ослабевает. — Ты что-то слышала обо мне? Я расплываюсь в широкой улыбке: — Разумеется. Я постаралась запомнить имена всех коллег-интернов. В электронном письме упоминалось, что ты учился в ЭрКОМ?[10] — В его филиале в Брадентоне, – подтверждает Джулиан. Его темные брови сходятся на переносице. – Так ты тоже интерн? Ты сказала, тебя зовут Грейс? У меня вырывается неловкий смешок, а щеки вспыхивают румянцем. — О… Обычно я использую свое второе имя. Мои родители – хиппи и назвали меня Сапфир. Улыбка мгновенно сползает у него с лица. Он выпрямляется, и вся манера его поведения меняется. — Так ты Сапфир Роуз? — Э-э… да, – отвечаю я, инстинктивно отступая на шаг. Недоверчиво хмыкнув, он окидывает меня понимающим, почти холодным взглядом: — Ну конечно… Я вздрагиваю от его сардонического тона: — Конечно – что? — Ничего. Забудь. Кстати, красивое платье. Подходит к твоим туфлям. Прости. – Он поднимает свой почти пустой стакан и отступает. – Мне нужно пополнить запа… И, не докончив фразу, он растворяется в толпе. В смятении я оглядываюсь, встречаясь взглядами с несколькими незнакомцами, которые вежливо улыбаются мне и снова возвращаются к своим разговорам. Он… просто ушел? Но почему? В груди у меня будто затягивается узел тревоги, на глаза почти выступают слезы. С натянутой улыбкой и бокалом в руках я пробираюсь через кухню и прохожу мимо Ашера. Он хотел было пойти за мной, но я предостерегающе поднимаю палец и ускользаю в столовую, откуда выхожу в пустой внутренний дворик. В очаге рядом с уставленным ингредиентами для сморов[11] столом потрескивает огонь. Я иду мимо, обхожу дом сбоку и прислоняюсь к стене, спиной ощущая тепло от разогретых кирпичей. По щекам скатываются две слезинки, и я смахиваю их, пытаясь унять навалившееся чувство одиночества и обиды. Что это было? За углом открывается дверь, и до меня доносятся голоса нескольких гостей вечеринки. Я еще больше вжимаюсь в тень у стены дома. — Доктор Левин сегодня в ударе, – говорит женский голос. Низкий задумчивый голос отвечает: |