Книга Отец подруги. Моё наваждение, страница 136 – Элен Блио

Наверное, надо поговорить с Адамом. О нашем будущем, о моём будущем, обо всем. Но мне страшно.

Страшно, что он скажет – наши отношения временные, ни о чём серьёзном речи не было.

Да, да, я знаю, знаю, что сама на это пошла! Это было моё решение. Я на это согласилась. Не имею права теперь ничего требовать, если по его логике разбираться.

Но услышать это сейчас от Адама, все равно, что получить выстрел в сердце. Разрывной пулей, чтобы сразу в клочья.

Я не вывезу. Просто не вывезу.

Ясмина в итоге покупает симпатичное коктейльное платьице, костюм, толстовку с ярким модным принтом, шапку с шарфом, кроссовки и новый рюкзак. У меня только платье. Продавцы тут вышколенные донельзя. Улыбаются, ничего не навязывают. Хотя, когда я вышла из примерочной мне показалось, что они переглядывались и шушукались. Ну да, я покричала довольно громко.

На ужин Адам не успевает, сообщает, что у него деловая встреча, просит не ждать и ложится спать.

Выполняю просьбу. Ложусь. Правда мы с Яськой допоздна смотрели слезливую мелодраму. Она даже всплакнула. Я нет. Мне слезы нужны, чтобы позже разреветься в подушку.

— Маленькая… моя… сладкая… вкусная девочка…

Он любит, когда я сплю без одежды, и я тоже люблю, но сегодня напялила пижаму. Не потому, что хотела намекнуть на то, что обижена. Нет. Именно потому!

Потому что хочу видеть его на ужинах! И до. И после. И вообще, хочу чаще общаться. Не только на работе, как в последнее время.

И еще хочу понимать, какое место я занимаю в его жизни.

Если я просто временная подружка, секс с которой его очень заводит – хорошо. Я приму это.

Не уверена, что надолго останусь рядом, но приму.

Больно опять. Сердце сбоит. Нервы становятся тонкими и предельно натянуты, кажется, вот-вот рванут.

— Малышка… спряталась о меня, да? Глупенькая… буду разворачивать тебя как конфетку.

Целует меня в шею, провоцируя дрожь и быстрые табунчики крохотных букашек, разбегающихся по телу.

— Ева моя… девочка моя… – обнажает грудь, и я слышу, как меняется восхищенно его дыхание, когда он обнаруживает твердые как косточки вишенки соски. – Для меня вся…

Ладонь ложится на промежность, пробираясь в шелковые штанишки, прижимает, чуть раздвигая ноги, заставляя меня выгнуться навстречу.

— Ева…

— М-м-м… я спала…

— Спи, сладкая, я сам всё сделаю, спи… хочу взять тебя спящую, нежную, расслабленную… спи…

Он спускает шелковую преграду, и я воспламеняюсь мгновенно, чувствуя, как сзади прижимается обжигающая крупная головка.

— Хочу взять тебя сюда… – я дрожу, понимая о чём он говорит, – но не сейчас, не бойся, расслабься, получай удовольствие, моя куколка.

Его член заполняет меня постепенно, его сразу много, низ живота отзывается острым, ноющим, тягучим блаженством.

— Адам… – двигаюсь навстречу, подставляя под его ладони грудь, откидывая назад голову, открывая шею для поцелуя.

— Ева… твою ж… Чёрт… – он начинает двигаться быстрее, дышать тяжелее, сжимает меня сильнее, давит на грудь, губами не целует, прикусывает шею, наверняка оставляя следы. Это жёстко. Даже немного грубо.

Ничего себе, расслабься, я хочу тебя во сне! Разве можно тут спать?

Я еле успеваю выхватывать порции воздуха, начинаю стонать, громко, протяжно, в голове вспыхивают сполохи молнии, от каждого удара его члена, его тела. По бедрам растекается огонь удовольствия. Зажимаюсь на мгновение, чтобы на расслаблении получить порцию кайфа. Рассыпаюсь в мини оргазмах, толчок за толчком. Чувствую его пальцы, прижимающиеся к клитору, и теку для него, всхлипывая и жалобно мурлыча его имя.