Книга Обмани меня, страница 96 – Арина Ларина

Холод - ледяной, мертвящий.

Как от змеи, которая обвилась вокруг жертвы перед тем, как сжать кольца.

Следующие недели прошли как в тумане.

Токсикоз накрыл меня с головой - безжалостно, беспощадно. Каждое утро начиналось с тошноты. Каждый запах - еды, парфюма, даже свежего воздуха - вызывал рвотные позывы. Я похудела на три килограмма, хотя доктор говорила, что должна набирать.

— Это нормально, - успокаивала она. - У некоторых женщин токсикоз сильнее. К двенадцатой неделе должно пройти.

К двенадцатой неделе.

Ещё шесть недель этого ада.

Тэджун ухаживал за мной - приносил воду, держал волосы, когда меня рвало, гладил по спине. Но его глаза - его глаза были встревоженными. Грустными.

— Мне нужно ехать, - сказал он однажды вечером. - Гастроли. Азиатский тур. Три недели.

Я знала. Конечно, знала. Видела расписание на его телефоне, слышала разговоры с продюсером.

— Я понимаю, - сказала я.

— Ты хотела поехать со мной, - он взял мою руку. - Помнишь? Мы планировали.

Помнила.

Мы планировали - до того, как две полоски на тесте перевернули всю мою жизнь. Я хотела увидеть Токио, Осаку, Бангкок, Сингапур. Хотела сидеть в первом ряду на его концертах, смотреть, как он покоряет сцену, гордиться им.

Но теперь…

Теперь я не могла встать с кровати без того, чтобы мир не завертелся вокруг меня.

— Я не смогу, - прошептала я. - Прости.

— Не извиняйся. - Он поцеловал мои пальцы. - Это не твоя вина.

— Но ты будешь волноваться.

— Буду, - он не стал отрицать. - Ты одна, в чужой стране, с токсикозом. Конечно, буду волноваться.

Мы сидели в тишине.

И тут - дверь открылась.

Юна.

Она приходила каждый день - с тех пор, как узнала о беременности. Приносила фрукты, витамины, традиционные корейские супы. Сидела рядом, расспрашивала о самочувствии. Была - невыносимо, пугающе - милой.

— Я слышала, вы обсуждаете гастроли, - сказала она, входя. - У меня есть предложение.

Тэджун напрягся. Я почувствовала, как его рука сжалась на моей.

— Какое?

— Пусть Ева переедет к нам, -- Юна улыбнулась. - На время твоего отсутствия. В наш дом. Там она будет под присмотром. Я позабочусь о ней. Прослежу, чтобы она правильно питалась, принимала лекарства, отдыхала.

Она посмотрела на меня - с этой своей новой, тёплой улыбкой.

— Наша красавица будет в безопасности. Обещаю.

Я посмотрела на Тэджуна.

Умоляюще. Отчаянно.

Нет. Пожалуйста, нет. Не отправляй меня туда. Не оставляй меня с ней.

Он смотрел на мать. Потом - на меня.

— Может, - сказал он медленно, - может, и правда тебе будет так лучше? Там большой дом. Много персонала. Если тебе станет плохо - всегда кто-то рядом.

— Нет.

Слово вырвалось само - резко, отчаянно.

Юна подняла брови.

— Нет?

— Нет, - повторила я твёрже. - Спасибо за предложение. Но я… я лучше сама. Останусь здесь. В квартире.

— Одна? - Юна покачала головой. - В твоём состоянии? Ева, милая, это неразумно.

— Я справлюсь.

— Но…

— Я сказала - справлюсь.

Тишина.

Юна смотрела на меня - и на мгновение, на одно короткое мгновение, я увидела это. Вспышку в её глазах. Холод за маской тепла.

Но она быстро спрятала это. Улыбнулась - понимающе, мягко.

— Конечно, - сказала она. - Как хочешь. Но если передумаешь - мы всегда рады.

Тэджун посмотрел на меня. На мать. Снова на меня.

— Ладно, - сказал он. - Как Ева решит.