Книга Отраженная реальность, страница 54 – Тери Нова

Уступив место подруге, усаживаюсь напротив стола. Недоверчиво проклиная меня, не особо стесняясь в выражениях, Лея опускается в кресло доктора, вчитываясь в слова и глядя на фотографии. Ее пытливый взгляд то и дело возвращается к моему лицу, пробегает по губам и уродливым повязкам на руках. Преимущество совместного проживания – мы слишком хорошо знаем и чувствуем друг друга. В нынешней ситуации это скорее минус, чем плюс, брови Леи несколько раз складываются в причудливые линии, после чего она наконец захлопывает ноутбук.

— Это ужасно, Рози. – Ее рот дрожит вместе с моим, а глаза покраснели, она проплакала все бесконечные десять минут чтения записей. – Но знаешь, что самое мерзкое во всей этой ситуации? – Когда я не отвечаю, она продолжает, и ее рыдания становятся сильнее. – То, что моя лучшая подруга даже не потрудилась сообщить, как чуть не погибла в чертовом рабстве!

На крик Леи телохранитель врывается в кабинет, но я оборачиваюсь, умоляюще качая головой. Он смотрит на нас добрых полминуты, прежде чем снова покинуть кабинет. Лея делает несколько глубоких вздохов, успокаиваясь.

— Почему нельзя было написать хоть одно сообщение с объяснениями? Ты вообще понимаешь, как я зла на тебя после нескольких недель отговорок? – спрашивает она, вставая и начиная расхаживать по кабинету. – Я чувствовала, что ты мне что-то недоговариваешь, прости за каламбур, – снова глубоко вздыхает, а я почти готова удариться головой о стол.

Не могу просто усадить родных перед собой и выболтать все как на духу. Отец сразу же начнет поиски возможных врагов, а Нина и Престон сойдут с ума. Поведение Леи может оказаться еще более непредсказуемым, ведь она каким-то образом способна докапываться до сути, идя напролом. Все это слишком опасно и опрометчиво, пусть лучше думают, что моя травма глубже Большого каньона. Иной раз спрашиваю себя, что было бы, согласись я на программу защиты свидетелей, но правда в том, что даже она заставляла бы меня оглядываться через плечо целую жизнь под новым именем где-то в другой точке земного шара.

Беру листок из стопки аккуратно сложенных рецептурных бланков и царапаю на обороте одно лишь слово, протягивая его подруге. Читая, Лея морщится и комкает бумагу, швыряя ее в меня так скоро, что не успеваю пригнуться.

— Прости? И это твой ответ? Серьезно? – Вытирая подсохшие слезы, она упирается бедром в край стола и сердито усмехается. – Ты ведь самая несгибаемая и упрямая из всех, кого я знаю, и я чертовски люблю это в тебе, Розмари Слейд. Ты давала отпор этой сучке Скарлетт с самого первого дня, одна за всю команду выигрывала дебаты и врала родителям, как покерный виртуоз. Я знаю тебя, дорогая подруга! Поэтому придется предложить что-то получше нескольких букв на клочке бумаги. Тебе не заставить меня поверить в эту чушь, Рози. – Она наклоняется над столом и громко шепчет: – Или сейчас же скажи это вслух, или я уйду, и ты больше никогда меня не увидишь.

До каких пор люди будут пытаться вытянуть из меня слова, прибегая к шантажу?

Не думаю, что здесь есть прослушка, чего не скажешь о нашем доме или транспорте, на котором меня доставили в клинику. Я не доверяю никому, включая охранников, сейчас все мое окружение разделилось на людей, которых приходится опасаться и которых нужно оберегать. Еще есть Хайден, и я пока не уверена, какое место отведено ему.