Книга Твоё идеальное чудовище, страница 19 – Филиппа Фелье

Открывается входная дверь. И входит высокий брюнет.

Тот самый…

Ледяные глаза. Идеально красивое холодное лицо. И маска.

Он идёт на меня, и я перестаю дышать. Сердце рвётся из груди, в попытке сбежать от меня. От него.

Бежать!

«Тим!» – хочу закричать, но голоса нет. Я даже рта открыть не могу.

Паника накатывает волнами, сковывая грудную клетку. Дышать не даёт.

Нужно забрать брата. Уносить ноги… Но я не могу пошевелиться. Смотрю на брюнета как заворожённая. Прямо в синие глаза.

Мышь перед удавом.

Он улыбается, а от вибраций его низкого голоса сводит живот.

— Тебе нравится, Мышка?

Я просыпаюсь в холодном поту от собственного крика. И не сразу понимаю, что не так. Пот холодный, но мне жарко. Ужасно жарко и тесно.

Сквозь тяжёлый сон, я не сразу понимаю почему мне так неудобно. И что это тяжёлое лежит на моей талии. А когда понимаю… замираю мышкой. Даже дыхание задерживаю. И пытаюсь тихонечко выползти из обжигающих объятий.

Он же голый! Совершенно, абсолютно голый! И я тоже. И он… прижимается ко мне. Прижимается!

Бежать, прятаться…

— Куда, – хрипло бормочет он, притягивая меня обратно.

Стискивает меня в объятиях. Шумно втягивает воздух у меня на затылке. Его нос касается волос, и я покрываюсь мурашками. Вся.

— М…мне надо, – бормочу я, но из горла вырывается воронье карканье.

— Доигралась, – вздыхает он. – Заболела.

— Нет, я… мне в туалет нужно.

Он отпускает не сразу. Будто не верит в моё оправдание. Но всё же разжимает руки.

Я отлипаю от него, понимая, что в спину мне упирается не только его пресс. Но и кое-что ещё. И я не хочу знать, что это. Не хочу, но знаю. Лицо всё равно горит.

Поднимаюсь с кровати и только теперь понимаю, что на мне нет вообще ничего. Даже трусов.

— Ты… – я прикрываюсь руками. Тело мелко потряхивает от холода. Хотя пол под ногами тёплый.

— Я, Кай, кстати, – он подпирает голову рукой и смотрит на меня оценивающе.

На растрёпанные волосы, которые частично прикрывают грудь. На живот, ноги. И на руки, которыми я прикрываю то, что ему видеть не положено.

— Ты что-то сделал со мной? Воспользовался моим…

Моим бессознательным положением. Но я не могу произнести это вслух. Слова просто застревают в горле.

Я прислушиваюсь к телу. Вроде бы всё как раньше. Кроме странной дрожи и того, что меня, кажется, знобит.

— Ты вроде бы в туалет собиралась, – он ухмыляется одним уголком рта, закидывая руки под голову.

На его локте повязка. Такие обычно накладывают после капельниц в больнице.

Теперь я вспоминаю, что он куда-то уходил. Он уезжал в больницу?

— В пакете одежда, – он указывает подбородком на пол, рядом с моими ногами. – Надеюсь, угадал с размером.

Вот только я слышу в его словах совсем не это. Он надеется, что мне понравится. Вот о чём он говорит.

Я хватаю пакет и бегу в ванную. Пятую точку покалывает от его взгляда. И от моего стыда.

В пакете оказываются нижнее бельё нескольких видов. Ничего пошлого или непристойного. Что удивительно и… вызывает странное чувство некой благодарности, что ли. Размер подходит. Садится почти идеально. Я выбираю шортики и спортивный лиф чёрного цвета. Белые носки. И спортивный костюм. Мягкая, тёплая ткань приятно согревает кожу. Но меня всё равно колотит.

Я трогаю лоб.

Ну, точно. Температура. Чёрт. Потому меня и знобит.