Книга Твоё идеальное чудовище, страница 32 – Филиппа Фелье

По моему телу пробегает волна дрожи. Я ненавижу его. Ненавижу! Но больше всего ненавижу себя за то, что готова на эту чёртову сделку. Всё, ради Тима. Узнать о нём важнее еды. В конце концов это всего лишь консервированный персик. И плевать, что есть его придётся из его рук, как зверушке. На всё плевать.

Я придвигаюсь ближе. Грудь касается столешницы и напрягается от трения.

Поэтому я без белья? Чтобы вот так всё чувствовать? Чтобы… заводиться от любых прикосновений, как сейчас?

Кай считывает реакции моего тела. Моё учащённое дыхание. И улыбается, протягивая руку с персиком ко мне.

Его пальцы касаются моих губ и языка, оставляя сладкий вкус фрукта. Я закрываю глаза от удовольствия, растекающегося на языке. Персик тает во рту.

Кай размазывает остатки сиропа с подушечки большого пальца по моей нижней губе. Надавливает на неё, заставляя приоткрыть рот. Его зрачки расширяются, закрывая собой почти всю синеву его глаз.

Моё сердце колотится так, что кажется скоро остановится. Жар от прикосновений и этого тёмного взгляда устремляется вниз живота. И я ещё плотнее сжимаю ноги, чувствуя сладкое, как персик, возбуждение. Даже руки трясутся.

Дьявол. Он настоящий Дьявол.

— Хорошая девочка, – хрипло произносит он. – Видишь, как просто?

Я проглатываю сладость, облизывая губы там, где он их касался. Вкус персика смешивается со вкусом его кожи. По моему телу проходит волна дрожи.

— Теперь, говори, – мой голос тоже хриплый, выдающий моё возбуждение с потрохами.

Я краснею, но не отвожу взгляд. Главное – это узнать про Тима.

— Разве мы так договаривались? – Кай хмыкает, отходя к раковине. – Я сказал, что не трону тебя, если ты съешь персик. Но не говорил, что расскажу про брата.

Он моет руки. Вытирает полотенцем и оборачивается ко мне. А я не могу оторвать взгляд от того, как напрягаются его мышцы, как выпирают сухожилия, когда он делает такое простое действие, как вымыть руки.

— Ты обещал! – не выдерживаю я.

— Я сказал, что мы поговорим о нём. Не помню никаких обещаний, – Кай смотрит на меня сверху вниз. – Но, если ты сделаешь сейчас кое-что, я скажу тебе, что с твоим братом.

Я сжимаю кулаки в бессильной ярости. Боль от ногтей отрезвляет.

— Что. Ты. От. Меня. Хочешь?

— Поцелуй меня. Сама. Я, как и обещал, не притронусь к тебе и пальцем.

Я поднимаюсь со стула так, что ножки скрипят по плитке.

Брат. Это всё ради него. Всего лишь невинный поцелуй.

Каждый шаг к нему вызывает странные ощущения внизу живота. Ткань платья трёт кожу там, где я этого не ожидаю. Твёрдые горошины выпирают на груди, выдавая моё состояние. Но Кай смотрит мне прямо в глаза.

Подхожу к нему вплотную. Становлюсь на носочки и быстро, отрывисто касаюсь его губ своими.

Они у него на удивление мягкие и горячие. Нос забивается его запахом. Его так много, что кружится голова. Мне жарко. Чувствую себя пьяной.

Быстро делаю шаг назад.

— Я сделала всё, что ты сказал. Съела персик, поцеловала, теперь…

— Это не поцелуй, – Кай кривит губы в недовольном выражении. – Это насмешка. Или детский сад. Всего один нормальный взрослый поцелуй, Дарина. Разве я многого прошу?

Чёрт! Да как же надоели эти его игры!

Я хочу укусить его. Сделать больно. Чтобы отстал уже и сказал, что с моим братом, чёрт бы его побрал!

Я рвусь вперёд. Обхватываю его лицо ладонями и впиваюсь в рот. Успеваю заметить расширенные от удивления глаза. Мы стукаемся зубами, но я не отстраняюсь. Сминаю его губы, использую язык…