Книга Няня для мажора, страница 92 – Кира Хо

Ближе к вечеру, когда почти все готово, а мы все сидим перед телевизором и по традиции смотрим «Гарри Поттера», в дверь раздается стук.

— Я открою, — встает Костик. — Потом расскажете, что было.

— Ты его наизусть знаешь, — фыркает Соня.

На экране Гарри машет палочкой, пытаясь заставить перо взлететь. Соня, как обычно, вставляет смешные комментарии, мама тихо смеется, а я закатываю глаза.

— Стась, — слышится за моей спиной голос, от которого сердце ухает в пятки.

Замираю. Руки начинают предательски трястись. Прикрываю глаза, глубоко вздыхая. Даже не замечаю, как все в комнате остановились: Соня с рукой у рта, мама с бокалом, который так и не донесла выше.

Медленно оборачиваюсь. Ну точно — не показалось. Демид стоит в комнатном проходе, чуть склонив голову. Видок как у побитой собаки: темные волосы взлохмачены, под глазами синяки, а руки безвольно висят вдоль тела.

Сглатываю ком в горле, вставая с дивана. Устраивать разборки при всей семье вообще не вариант, а потому я молча прохожу мимо него и иду на кухню, Романов идет за мной.

Когда он закрывает за собой дверь, слышу, что телевизор стал работать в разы громче.

— Что тебе нужно? — осипшим голосом спрашиваю я. — Думаешь, мало боли мне причинил, приехал глаза мозолить?

— Стась, — тянется руками ко мне, но я отскакиваю, словно от огня. — Дай мне объясниться.

— Я видела все, что нужно. Не надо ничего объяснять.

— Ты все не так поняла, — устало вздыхает и запускает пятерню в волосы. — Ты увидела только начало…

— А надо было подержать свечку? — со злобной усмешкой перебиваю его.

— Прекрати, — сквозь зубы шепчет он.

То есть это еще он и злится?!

— Ты не имеешь права говорить мне, что делать, — подхожу ближе, тыкая пальцем в его грудь и шиплю, словно змея. — Ты не имеешь права быть тут. Не после того, как ответил на мое признание изменой!

Я говорю тихо, но ощущение, будто звучит это громче любого крика.

— Ничего не было, малыш, — я слышу такую мольбу в его голосе, что невольно замираю, чтобы услышать продолжение. — Я был пьян. Даже не так. Я был в хлам. Меня дико испугали твои слова, и после нашей ссоры я заливал как не в себя. Надеялся, что отпустит. Не помню как, но дошел до гостевой спальни и прям на диване вырубился. Проснулся от поцелуев, думал ты. Даже сказал… в общем, неважно. А когда понял, что это не ты, то скинул Алекс, да так сильно, что у нее сотрясение от встречи со стенкой.

Смотрю на него неверящим взглядом. Поджимаю губы. Все нутро кричит: «Не верь! Он лжец!», а я… отхожу к подоконнику и отворачиваюсь к окну.

— Я тебе не верю, — обнимаю себя руками.

Слышу шаги за спиной и напрягаюсь, когда чувствую, как тяжелые руки ложатся на мои плечи. Но не скидываю их.

— Стась, я… я понял, что произошло только утром, когда проснулся в твоей кровати, но не обнаружил ни тебя, ни вещей. Арт сидел в столовой и буквально всем видом говорил, какой я долбаеб. А потом ты рассказала Еве. Я вцепил Сашу, и та подтвердила мои воспоминания. Я пытался тебе дозвониться…

— Я знаю, — тихо говорю.

— Малыш, — разворачивает меня к себе.

Больше нигде не трогает, кроме плеч, но его взгляд будто обволакивает с головы до ног. Я плыву под ним.

— Я не верю тебе, — снова шепчу я, когда из глаз брызгают слезы. — Я не хочу тебе верить.