Книга Твоё безумное чудовище, страница 38 – Кристина Миляева

— А твоего отца мы заставим пожалеть о каждом его слове, — добавил Дима. — Если ты захочешь.

Я молчала, обдумывая. Остаться здесь. В лесу. С двумя мужчинами, которые похитили меня, мучили, а теперь предлагают любовь и защиту. Безумие. Чистое безумие.

Но другого выбора у меня не было. Да и хотела ли я другого?

— Да, — сказала я, и это слово вырвалось само. — Да, я остаюсь.

Они выдохнули одновременно — будто боялись, что я откажусь. А потом набросились на меня с объятиями, поцелуями, смехом. И я смеялась вместе с ними, впервые за долгое время чувствуя, что жизнь продолжается. Что она может быть разной. И что даже в самой тёмной ночи есть место для света.

Ночью мы занимались любовью. Медленно, нежно, почти благоговейно. Они ласкали меня так, будто я была сделана из хрусталя, будто боялись разбить. А я отдавалась им полностью, без остатка, чувствуя, как тают последние льдинки страха в моей душе.

— Мы любим тебя, — шептал Дима, входя в меня.

— Ты наша, — вторил Лёха, целуя мои плечи.

— Навсегда, — выдохнула я в ответ.

И это было правдой.

После, когда мы лежали втроём, мокрые и обессиленные, я смотрела в потолок и вдруг поняла: я хочу жить. Не существовать, не выживать, а именно жить — со всеми красками, эмоциями, радостями и горестями. Хочу просыпаться рядом с ними, пить утренний кофе, читать книги у камина, гулять по лесу, спорить и мириться, любить и быть любимой.

— Я хочу жить, — сказала я вслух.

Они повернули головы, посмотрели на меня с улыбкой.

— Мы знаем, — ответил Лёха. — Мы поможем.

— Обещаете?

— Обещаем.

Я закрыла глаза и провалилась в сон — спокойный, глубокий, без кошмаров. Впервые за много дней.

Утро встретило меня солнцем, пробивающимся сквозь шторы, и запахом свежесваренного кофе. Я потянулась в постели — одна. Но на тумбочке лежала записка:

«Мы ненадолго уехали по делам. Вернёмся вечером. Завтрак на кухне. Целую. Твои близнецы».

Я улыбнулась, прижимая записку к груди. «Твои близнецы». Как это звучало. Как это грело.

Встав с кровати, я накинула халат и побрела на кухню. Там действительно ждал завтрак: яичница, тосты, свежие фрукты и огромная кружка кофе. Я ела и смотрела в окно на лес, начинающий желтеть. Скоро осень вступит в полную силу, потом зима, весна… А я буду здесь. С ними.

И от этой мысли внутри разливалось тепло.

Весь день я бродила по дому, изучая каждый уголок. Нашла старый альбом с фотографиями — близнецы в детстве, в подростковом возрасте, уже взрослые. Такие разные и такие одинаковые одновременно. На некоторых снимках были другие люди — видимо, их приёмный отец, какие-то мужчины в камуфляже, женщины с холодными глазами.

Я листала альбом и думала о том, какая у них была жизнь. Трудная, жестокая, полная потерь. И как им удалось сохранить в себе способность любить? Или это только со мной?

К вечеру я устала и прилегла на диван в гостиной, включив телевизор. Мелькали новости, какие-то ток-шоу, музыкальные клипы. И вдруг — знакомое лицо на экране.

Отец.

Я села, прибавила звук. Он давал интервью какому-то каналу, говорил о строительстве, об инвестициях, о планах на будущее. Улыбался своей обычной дежурной улыбкой, отвечал на вопросы. И ни тени беспокойства на лице. Ни намёка на то, что его дочь пропала, что её похитили, что ей угрожает смерть.