Книга Вечера на озере близ Рябиновки, страница 29 – Кристина Агатова

— А я не понял, для чего она ждала каждый раз, пока потомки барина вырастут? – почесал щетину Ярослав. – Почему не поубивала их всех разом?

— Потому что! – разозлилась Маринка. – Потому что если бы она их всех сразу поубивала, то никакой истории бы не было. К тому же, если бы ты внимательно слушал, то заметил бы, что история повторялась каждые семнадцать лет. Именно столько было Анфисе в момент трагической гибели.

— Я заметила, – похвасталась я. – Но не совсем поняла – она могла выходить на свою охоту каждые семнадцать лет, или в этом был другой смысл?

— Именно так, – подтвердила рассказчика. – Концентрация энергии возмездия позволяла каждые семнадцать лет расправляться с потомками Федора Ивановича.

Тарас помотал головой, прогоняя наваждение.

Возможно, мне показалось, но он посмотрел в лес с какой-то тревогой, словно ожидал, что оттуда выйдет призрак Анфисы и утянет нас в топи.

Никакой Анфиски там не было и быть не могло, но душа Вероники вполне могла бы блуждать по этим местам. Если бы я верила в мистику, конечно. Но я не верила, поэтому сидела абсолютно спокойно.

Я по-прежнему была уверена, что бояться надо живых. В принципе, Маринкина история и была про это. Да, призрак убивал, но кого? Тех, кто решил воспользоваться своей силой в недобрых целях.

А то, что призрак решил расправиться со всеми потомками своего мучителя, так ее можно понять.

Ярослав перевернул решетку. Восхитительный аромат прожаренного мяса разносился вокруг костра, возбуждая аппетит.

— Вроде, готово, – с долей сомнений произнес Ярик. – Дайте вилку или нож.

— Сок прозрачный, – со знанием дела отчитался Денис, потыкав в кусочки кончиком ножа. – Надо снимать, а то пересушится.

Ребята засуетились, помогая переместить готовые шашлыки в чистую кастрюлю.

Женя тут же достала новую партию маринованного мяса, и отчего-то этот запах вызвал у меня даже больший приступ слюноотделения, чем аромат прожаренных кусочков.

Мне так невыносимо захотелось откусить от сырого куска, пропитанного томатом, специями и луком, что аж закружилась голова.

Я сдержала порыв и постаралась отвлечься. Смена вкусовых пристрастий меня уже почти перестала напрягать. Нет, меня не тянуло на жареный мел и смазку дверных петель, я не пыталась выпить жидкое мыло или погрызть цветы с подоконника, но иногда мне хотелось совершенно странных вещей.

Сырое мясо казалось мне куда аппетитнее готового, хотя и готовое я стала есть гораздо чаще.

— Ребенку нужен белок, это нормально, – успокаивала меня врач в консультации. – Главное, чтобы изжоги не было.

И если с мясом мне удавалось держать себя в руках, то с рыбой я однажды не выдержала. Разморозив семгу, я потеряла над собой контроль и съела целый стейк.

Потом, когда аппетит был удовлетворен, я осознала, что натворила, и побежала прочесывать интернет на предмет того, какие последствия для организма может нести моя слабость.

И только убедившись, что ничего страшного не должно произойти, я успокоилась. Организм перенес сырую рыбу отлично, но я решила сохранить эту маленькую тайну.

Еще из странностей добавилась способность смешивать несмешиваемое. В меня спокойно залетали шоколадные конфетки одновременно с бутербродами с колбасой и бананами.

Не то чтобы мне специально хотелось мазать сосиски шоколадной пастой, но раньше я была куда более избирательна в еде.