Онлайн книга «Чужой бумеранг»
|
Елена закрыла Кира одеялом, погасила свет и вышла. Ночь была долгой. Кир проваливался в тяжелый, беспокойный сон, но боль будила его снова и снова. Он лежал на койке в своем окровавленном джемпере и джинсах, не позволяя Лене их снять. — Вам нужно переодеться, – настаивала она, протягивая чистую футболку. — Отстаньте, – хрипел он, отпихивая ее руку и отворачиваясь к стене. В конце концов она оставила его в покое. Он не бредил, но в полудреме бормотал что-то невнятное. Иногда резко вздрагивал, как будто от удара, и тогда его пальцы впивались в край койки. Лена сидела рядом, меняя компрессы на его разбитом лице. — Кто же вас так? – шептала она, но ответа не получала. Только под утро Кир уснул. Первое, что почувствовал Кир, проснувшись, – железный привкус крови во рту. Второе – острую боль в ребрах при попытке вдохнуть глубже. Он открыл не заплывший глаз. Елена Михайловна спала, склонившись на стуле у его койки. Ее волосы выбились из пучка, тени под глазами выдавали бессонную ночь. Кир медленно поднялся, стиснув зубы, чтобы не застонать. — Вы куда?! – Елена Михайловна вскочила, мгновенно проснувшись. — Домой… — Вы не можете… — Могу. Он шагнул к двери, но мир вдруг накренился и поплыл куда-то вниз. Лена успела подхватить его под руку. — Идиот! – вырвалось у нее. Кир резко дернулся, но не оттолкнул ее – просто замер, тяжело дыша. — Отпустите! — Нет! Они стояли так – он, сжав зубы, она, вцепившись в его рукав. Дверь распахнулась. — О-о-о, живехонек! – Сан Степаныч замер на пороге, увидев их. – Ну слава те, Господи… Елена Михайловна, выйди-ка на минутку, – он махнул рукой и вышел в коридор. Лена усадила Кира на кровать и вышла следом. — Ну как он? – прошептал директор, снимая кепку. — Вы же видите… Ребра, если не сломаны, то трещины точно есть, сотрясение, множественные гематомы… — Ну да, ну да… – он заерзал, покрутив в руках кепку, избегая ее взгляда. – Может, сам упал? На улице-то вчера подморозило… Лена резко подняла голову. — Александр Степанович! Вот вы сейчас серьезно? Это явно следы избиения, причем не одним человеком… один с ним не справился бы… — Ну не знаю, не знаю… – он замотал головой. – Может, сам нарвался, подрался? Молодой еще, горячий… А ребята у нас… ну… лихие. Лена скрестила руки на груди. — Какие именно ребята? Кто на такое способен? Сан Степаныч нервно облизал губы. — Да какие… обычные… Ну, не знаю… Не будем пока кого-то обвинять… Ты давай, это… перевяжи его, помажь, где надо, да я его домой отвезу. Давай… я жду в машине, – и он, нахлобучив кепку, направился к выходу. Лена вернулась в процедурный кабинет к Киру. Он сидел на кровати. — Где моя обувь? — Вам нужен постельный режим! – возмутилась она. – Хотя бы несколько дней! — Где… моя… обувь? – повторил он сквозь зубы. Лена подала ему ботинки и встала напротив, скрестив на груди руки. — Вы понимаете, что можете умереть, если сейчас уйдете? Кир усмехнулся. — Тогда готовьте свидетельство о смерти… авансом. Она бросила ему куртку. — Держите! Идите и умрите где-нибудь в другом месте! Кир медленно, преодолевая боль, стал одеваться. Лена отвернулась к окну, но через плечо бросила: — Завтра приходите на перевязку, вы обязаны… — Не приду… — Тогда я сама приду к вам! С полицией! Он остановился и посмотрел на нее. Впервые за всё время – прямо, без злости. |