Книга Чужой бумеранг, страница 39 – Татьяна Холодцова

— Отлично, спасибо, пап! Хотя, если честно, мне чертовски нравится моя школа, привык уже… но я подумаю.

— Ну, думай-думай, только недолго. – отец достал из шкафа старую, потертую книгу по истории династии Чжоу. – Это же Дима подарил… ты сохранил ее? В его голосе слышалось удивление и легкая грусть.

Кир подошел к отцу и взял книгу. Переплет был потрескавшимся, страницы пожелтели от времени. Давным-давно Дима добыл эту книгу для младшего брата на аукционе. Они с Лидой торжественно вручили подарок под восхищенные взгляды родителей.

— Конечно, все их подарки всегда со мной. – Кир провел рукой по обложке, вспоминая брата и сестру. – Эта – одна из моих любимых. Помнишь, как мы с Димой спорили, кто первый ее прочтет?

Отец улыбнулся, но в его глазах Кир заметил боль. Оба понимали, о ком думают.

На следующий день мама приехала одна, она привезла сыну цветок в горшке.

— Чтобы ты не был совсем уж одинок в своем добровольном заточении, вот тебе «сосед», – засмеялась мама.

— Спасибо, мам. Поставишь его на стол? – Кир знал, что маме очень важно чувствовать себя нужной, и поэтому часто просил ее о какой-нибудь мелочи.

Мама с радостью засуетилась, выбирая для цветка самое подходящее место. Она рассказывала о том, как ухаживать за ним, какие удобрения нужны, как часто поливать. Кир слушал ее вполуха, разглядывая цветок. Он знал, как важны для матери эти визиты и забота о нем, как она остро нуждается в его внимании.

Кир неожиданно привязался к цветку. Он изучил все тонкости ухода за этим растением и трепетно оберегал его. Вся внутренняя потребность в заботе о ком-то, все тщательно скрываемое даже от себя, желание любить – все сосредоточилось на мамином цветке. Вытирая пыль с его листьев, он вспоминал маму и отца…

…«Снова эта темнота!!! Липкая, кромешная темнота! Кто выключил свет в комнате???» – Кир метался, пытаясь найти выключатель. «Нет! Нет! Если сейчас не зажечь свет, снова раздастся крик мамы… Господи, да где же этот чертов выключатель?!» Руки шарили по тумбочке, по кровати, по полу… Грудная клетка горит – каждый вдох будто режет ножом. «Кир… дыши спокойнее… спокойнее, сын» – голос отца… «Откуда в комнате отец? И почему так болит ребро? Почему так сильно пахнет лекарствами? Ах, да, к маме же вызвали скорую… мама…»

— … Ма-ма, – еле слышно прошептал Кир.

Он очнулся. Резко пахло лекарствами. От этого навязчивого запаха тошнило. Он не понимал, где находится. Не помнил, как сюда попал.

Кир попытался приподняться на локтях, чтобы осмотреться. Всё вокруг завертелось в бешеном водовороте. Тело пронзила острая, жгучая боль, накатила волна тошноты. Голова загудела, грозясь вот-вот расколоться. Он чувствовал, что не может открыть один глаз. Кир дотронулся до головы – волосы слиплись от засохшей крови, на лбу пульсировала рана, отдавая болью в висок. Взгляд упал на руки – исцарапанные, в ссадинах, покрытые коркой запекшейся крови.

— Черт, где я? – пробормотал он.

Мир вокруг расплывался пятнами. Он не мог различить предметы, словно смотрел сквозь грязное, мутное стекло. Зрение потихоньку восстанавливалось: вокруг все было белым, горел холодный яркий свет, который бил по глазам. Предметы постепенно обретали форму: стол… стеклянный шкаф… железные стойки с какими-то пузырьками… вот откуда этот тошнотворный лекарственный запах.