Книга Да, мой босс, страница 28 – Виктория Победа

Вперед выходит высокий седовласый мужчина лет шестидесяти. Одет он в белое поло и бежевые брюки. Подтянутый, широкоплечий и в очень хорошей для своего возраста форме. Нет даже намека на выпирающий живот.

Не нужно быть Шерлоком, чтобы отметить знакомые черты. Не знаю, какие там отношения между отцом и сыном, но внешне они схожи просто феноменально.

Вот уж где генетический тест точно лишний.

— И я рад тебя видеть, пап.

Мужчина тем временем переключает внимание на меня. На его лице тут же появляется тень недоумения. Немудрено.

Я в пейзаж окружающий совершенно не вписываюсь.

— Позволь представить, пап, моя помощница, Маша.

— Помощница? — брови главы семейства ползут вверх. — И с какой целью ты привез с собой помощницу? — на последнем слове он делает какое-то странное ударение.

— А я в комплекте, двадцать четыре часа семь дней в неделю, здрасте, Маша, — протягиваю руку ошарашенному старшему Смолину, он в ответ только бросает на ее снисходительный взгляд.

Ого.

В принципе, вопросов в меня больше нет.

На несколько секунд двор погружается в тишину и я кожей ощущаю растущее напряжение. Осторожно кошусь на своего начальника, тот в свою очередь буравит взглядом родителя. И я готова поклясться, что вижу на физиономии Смолина едва заметную ухмылку.

Старший Смолин тем временем забывает о моем существовании и снова переключает внимания на сына.

Так и стоим — отец и сын, сверлящие друг в друге техническое отверстие, и я с протянутой рукой, будто надеясь, что кое-кто все же соизволит ее пожать.

В общем, картина вырисовывается занимательная. И, кажется, это только начало.

Я, может, молода и неопытна, но отнюдь не глупа и вовсе не слепа, а потому на какое-то особенное гостеприимство не надеюсь.

Что там говорило начальство? Быть собой?

Странно, видимо, за тот небольшой срок, что я работаю на Смолина, мне удалось выработать “иммунитет”, иначе почему же еще меня совсем не трогает надменность его отца?

Неприятно, конечно, но в целом терпимо.

— Может все-таки пригласишь нас в дом, или так и будем стоять тут до самого юбилея? — затянувшееся молчание прерывает младший Смолин.

Старший, заметно искривив линию тонких губ, вместо ответа вновь одаривает меня оценивающим взглядом. Я в ответ поднимаю глаза к небу и, свернув губы в трубочку, старательно делаю вид, что их “теплая” встреча меня совсем не интересует, в отличие от мягких белоснежных облаков, проплывающих над крышей особняка.

— Мог бы предупредить, что привезешь с собой гостью, — выдержав паузу, цедит хозяин дома.

— А что, в доме на всех еды не найдется?

Мне в последний момент удается подавить чуть не слетевший с губ смешок.

Вы поглядите, он еще и шутить умеет.

— Вы не переживайте, я ем немного, если не пью, а я не пью, потому что почти не переношу алкоголь, меня от него уносит, знаете ли, наверное, у меня недостаток… Как так ее, алкогольдегидрогеназы.

Я и сама не знаю, зачем вываливаю этот неуместный поток слов на отца босса, но вскинутые им седоватые брови и округлившиеся глаза того однозначно стоят. Можно гордиться собой, судя по всему я только что ввела в ступор не только младшего Смолина, но и старшего.

Правда, Павел Сергеевич, надо ему отдать должно, довольно быстро берет себя в руки. Удивление на лице сменяется невозмутимостью, во взгляде снова появляется нотка предвзятости.