Книга Танец с огнем, страница 23 – Весела Костадинова

— Пойду принесу нам завтрак, — он поднялся. — Не возражаешь, если составлю тебе компанию?

Если Дана и возражала, сказать это вслух не решилась.

Еще три дня она лежала без сил — болезнь съела остатки здоровья. Воспалились хронические заболевания, вспух сустав на локте, который когда-то она повредила, убегая от преследования. Кожа над ним натянулась, стала багровой, горячей на ощупь, каждый малейший толчок или даже движение воздуха вызывал острую, режущую боль, от которой в глазах темнело. Даже до туалета и душа она шла с помощью своего невольного спасителя.

Анатолий не возражал. Он вообще не высказывал ни малейшего раздражения или усталости. Иногда, глядя в его строгое, довольно красивое лицо Дана вдруг ловила себя на мысли, что он кого-то ей неуловимо напоминает. Темно-русые волосы, зеленые глаза, но не цвета изумруда, а мягкого, естественного цвета берилла — холодные и яркие одновременно. Напрягши память, она вспомнила страницу его паспорта и что ему — 45 лет — расцвет для мужчины. Однако на среднем пальце руки не было ни кольца, ни даже следа от него.

— Я не женат, — он точно прочитал ее мысли. Или — проследил за взглядом. Его феноменальная внимательность уже не один раз поставила ее в тупик: он замечал, когда она морщится от боли, когда ей холодно, когда она хочет пить, еще до того, как она сама это осознавала.

— Простите… — пробормотала она, отводя взгляд.

— Нет, — рассмеялся он, — все в порядке, Лана, — поставил перед ней деревянный поднос, на котором еще дымилась запеченная на углях рыба, которую утром он купил у рыбаков в городе.

Анатолий сел за журнальный столик напротив, подвинул к себе вторую тарелку. Он давно взял за правило делить с ней еду, а не есть внизу, в пустой столовой отеля.

— Я долгое время жил за границей, — сказал он, отламывая кусок хлеба и макая его в масло. — Слишком долго, даже… — он на секунду замолчал, глаза подернулись воспоминаниями, будто он увидел что-то далекое и болезненное. — Работал. Времени на семью не было. Да и не…. не получилось, в общем.

Поднял на нее глаза, точно хотел задать вопрос ей, но не стал.

Дана машинально разделывала еду ножом и вилкой, безошибочно выбрав ту, которая предназначалась для рыбы. И снова берилловые глаза отметили это.

— Я работал в МИД, — ответил Анатолий на невысказанный вопрос. Женщина удивленно вскинула глаза, хотя уже давно поняла, что ее гость — далеко не прост, как хотел бы казаться.

— Не дипломат в классическом смысле, хотя и этим заниматься приходилось, — продолжил он, откусывая от хлеба. — Больше… по линии безопасности. Консульства, посольства, горячие точки. Иногда приходилось исчезать на месяцы. Иногда — на годы. Когда возвращаешься, понимаешь, что жизнь там, за забором, уже пошла своим чередом. А ты — как будто в скобках.

Он замолчал, глядя в окно, где дождь уже перешел в мелкую морось — погода зимой менялась молниеносно, а серо-стальное море внизу дышало тяжело. Потом повернулся к ней.

— Хочешь знать почему я здесь, да?

— Это ваше дело, — тихо пожала плечами Дана. Конечно, ей было интересно. Но еще больше ей было страшно. Этот человек, если она заинтересовала его — теперь не отпустит. Слишком хорошо она знала такой типаж мужчин, слишком близко. В животе зарождался липкий ком ужаса.