Онлайн книга «Танец с огнем»
|
Слеза упала на влажный песок, моментально став частью пляжа. Дана обхватила девушку за плечи и прижала к себе. Та не отстранилась, напротив, обняла женщину, деля с ней слезы и боль. Прижалась к груди, как маленький котенок, крохотный и теплый. — А ты… — шмыгнув носом, спросила девушка, — ты была замужем? — Да, — Дана вытерла глаза тыльной стороной ладони. — Была. — И? — Моя сказка закончилась, — призналась та. — Ты любила мужа? — тихо спросила девушка. — Больше, чем кого либо, — слова застряли в горле как песок, царапая и обжигая. — Я была молодой и глупой… Мне было 23, когда встретила Марата… и это было похоже на мечту. Я работала радиоведущей — мне только-только доверили вести утренние эфиры, и для меня это было счастьем. Я обожала заходить ранним утром в радиорубку, ощущать запах только что сваренного кофе. Видеть, как лучи солнца заливают все вокруг. Надевать наушники и говорить со своими слушателями. О новостях, о погоде, о пробках, о футболе, о том, как правильно варить борщ… — она невольно усмехнулась, сквозь слезы. — Приглашать гостей, задавать им вопросы, которые никто другой не решался задать. Знаешь, мне нравилось… вскрывать людей. Показывать их суть. Иногда эта суть оказывалась хуже, чем я ожидала. А иногда — намного, намного лучше. И каждый раз я думала: вот оно, настоящее. Вот ради чего я здесь. Мне тогда казалось, что весь мир лежит у моих ног. Что мне открыты любые дороги. Что я всегда добьюсь чего хочу. Вместе с эфирами вела свою колонку в газете, училась у коллег-расследователей, иногда до бешенства раздражая их своими вопросами. А потом они смеялись, трепали меня по голове, пили приготовленный мной кофе и говорили, что если получив «Золотое перо» я забуду о них — они этого не простят…. — она замолчала, подавляя боль. — Ты любила свою работу… — заметила девушка. — Да. Очень, — от горечи во рту захотелось сплюнуть. — А потом на один из эфиров пришел Марат. Марат Рустамович Лодыгин. Бизнесмен, аграрий, кандидат в депутаты от одного из районов края… Человек, который строил свой бизнес… почти с нуля. Начинавший в 23 года мальчиком на побегушках в одном из только-только приватизированных колхозов и к 36 годам ставший владельцем целого аграрного комплекса. Тысячи гектаров земли, техника, люди, которые на него работали. Переработка, логистика, контракты с крупными сетями — все свое. Он умел говорить с чиновниками, с фермерами, с рабочими. Умел торговаться, умел держать слово — так мне тогда казалось. Еще перед эфиром наши девчонки шептались про него и хихикали надо мной, обсуждая интервью. Конечно я знала, как он выглядит — самый завидный жених Кубани… Но… понимаешь, мне это было не интересно. Гораздо больше интересовала меня его подноготная: от мальчишки-сироты до серьезного бизнесмена. Коллеги постарше его не жаловали, говорили, что есть в нем что-то жестокое, хищное. Впрочем, — Дана бросила в море гальку, — а про кого из нынешних власть имущих нельзя сказать тоже самое? Деньги и власть к слабакам не идут… Она поправила волосы, выбившиеся из простой косы, заправляя их под платок. — Когда он пришел… я сидела в студии, пробегая глазами вопросы, многие из которых не стала согласовывать с его пресс-службой. Знала, что играю с огнем, но как иначе я могла понять, что за человек передо мной? К тому же политика нашей станции была такова, что мы не играли ни на чьей стороне. За это нас и ценили наши слушатели, любили и доверяли тому, что мы говорим. Он сел за стол напротив меня, посмотрев своими голубыми глазами. |