Книга Океан для троих, страница 135 – Реджи Минт

С Дороти творилось что-то страшное. Жуткое, больное и прекрасное одновременно.

Осознание того, что Доран погиб отчасти по ее вине, вдарило как обухом по голове. Что Доран еще тогда, когда им было пятнадцать, отдал за Дороти самое ценное, что имел. Выторговал ей и жизнь, и здоровье, и силу эту проклятую. Контракт подписал, заверил и потом за пять лет ни словом об этом не обмолвился. Все потому, что любил? Вот так, молча? Так же, как сама Дороти?

— Значит, он обменял свою душу на чужую жизнь?

— Выходит так. Потому и Гряда его задержать не смогла. Постаралась, конечно. Покалечила и даже убила, а вот к себе заграбастать в рабство не смогла — душа-то уже другим тварям продана. И подпись кровью проставлена.

Вот почему сирены называли силу “подарком, который она не ценила”. А ведь плата за подарок была королевская. Дьявол бы все это побрал! Как же все сплелось, не развяжешь. А может, и развязывать не обязательно?.. Прошлого уже не вернешь, как бы ни мечталось. Так не все ли равно?

Знай Дороти тогда, когда валялась в бреду на мокрых от холодного пота простынях, что ее самый дорогой, самый близкий человек собирается ради нее продать душу, — да она бы сразу с башни поместья бросилась на мощеный двор.

Но что свершилось — то свершилось. Судьба сдала карты, и нужно играть чем есть, а то, что другие шельмуют или карты у них крапленые, — неважно. Ради Дорана Дороти рискнет, как когда-то друг рискнул ради нее — всем.

Принять решение оказалось легко и просто, а дальнейший план виделся настолько четко, что Дороти на мгновение показалось, что кто-то могущественный ей подыгрывает. Наверно Черная Ма смилостивилась.

В мыслях крутилось, кипело, но вставало на свои места все, что предстояло свершить.

Пусть Доран не приходил к ней все это время: боялся, возненавидел после гибели или берег от себя — не важно. Он спас Дороти жизнь, подарил годы, полные здоровья и веселья, и пора отдавать долги.

Она любила Дорана всю жизнь, а он обменял эту жизнь на свою душу.

И Дороти Вильямс сделает все, чтобы рассчитаться по старому долгу, а потом уйдет, потому что ее друг, ее любимый заслужил сам решать, что делать со своей жизнью. А не пожинать годами последствия горячего решения обменять свою душу на жизнь Дороти. Решения, которое лишило его всего.

Морено считает призрака другом, и эта такая же редкость для пирата, как алмаз в пустой породе. Да, он обменял эту дружбу на умение уйти от любой погони, но, кажется, только для того, чтобы осознать всю ценность. Иначе бы не носился по всем морям в погоне за кораблями-призраками, чтобы выгрызть им сердца и отменить сделку.

Все просто. Решение Дороти приняла. И наконец стало хорошо, хотя все еще больно.

Видимо, судьба у нее такая, лишаться всего. Морено тоже не для нее. Весь этот жар, готовый сжечь ее дотла. Такой опасный, такой манящий. Но…

Кто она и кто он? Ее судьба — выйти замуж за скучного дворянина, который будет мириться с тем, что у жены есть заслуги перед королевством и что она может одним взглядом усмирить команду фрегата. Его судьба — сгинуть где-то в пучине, вцепившись в глотку кому-то из иверской или алантийской армады.

Морено, который и не ведал, что за вулкан пробудил, продолжал рассеянно поглаживать ее по бедру:

— Надо же, обзавелся на старости лет дурью прекрасной и желанной женщине в постели рассказывать про покойников.