Книга Океан для троих, страница 74 – Реджи Минт

— Ты хочешь поймать корабль-призрак, — продолжил Морено. — Я гляжу, на мелочи не размениваешься. Конечно, брать на абордаж “Каракатицу” без твоей чудо-силы — чистое самоубийство: там не меньше сотни экипажа, а нас всего двадцать. Так что твоя болтливость на Гряде может стоить нам обоим слишком дорого.

Дороти потрогала разбитое лицо, которое и не думало заживать.

— “Каракатица” опережает нас на два дня — пять мы отыграли, проскочив через сирен. Бригантина, если верить болтунам, тащится вслед за ней. Кстати, зачем? На кой призракам сдались Черный Пес, его корыто и его команда? Что им нужно?

— Саммерс сказал, что на бригантине огромный одноглазый негр расспрашивал их о “Холодном сердце”. Похоже, что охотятся они за Призраком, а мы так — подвернулись под горячую руку.

— Интересно, что нечисти надо от нечисти? Впрочем, странность вот в чем: Призрак бережет Черного Пса, а идут-то они не за тобой, а за “Каракатицей”, — проницательно заметила Дороти.

— Не знаю, я тебе не шаман и не колдун. Если “Лилии” мы подгадили, то на кой дьявол “Каракатица” сдалась бригантине, я не знаю. С ними я не цапался. Так что, изобретательная командор, какой план? Потому что времени у нас — крокодил наплакал. Если “Каракатицу” гонят на Темные острова, то день-два — и нам их уже не достать. С Сердцем Океана или без.

— План… пожалуй, есть. Правда, он займет около пары дней или чуть больше, но так как я уверена, что “Каракатица” от Краба уйдет на восток, а не на север — то времени у нас достаточно.

— Для чего?

— Для того, чтобы найти приманку, на которую клюнет большая призрачная рыба, — ответила Дороти и замолчала.

В эту игру с недомолвками прекрасно можно было играть вдвоем.

— И на что мы будет ловить? — мрачно поинтересовался Морено, но где-то за ровным тоном скрывался нешуточный интерес.

— Узнаешь позже.

Морено помолчал, попялился в переборку и наконец взорвался рыком, ухватил Дороти за рубашку и, притянув к себе до неприличия близко, выдохнул в губы:

— Да говори уже, дери тебя демоны в две смены! Почему из тебя каждое слово нужно тащить клещами, Дороти?!

— С кем поведешься, — парировала Дороти, завороженно глядя на то, как черные тени скользят по резким, словно рубленным скулам, а в единственном глазу на дне сверкает отражение пламени. От его желтого отсвета губы почему-то произносили совсем не то, что хотела голова. — Ты говорил, что не умеешь читать? Однако карты ты разбираешь и в навигации понимаешь. Как?

Морено почему-то и не подумал отцепиться от нее, все также держал за отвороты рубашки. От крепкой хватки там, где кожа соприкасалась с кожей, становилось жарко.

— Я запоминаю линии побережий и глубины. На глаз. Для этого мне всякие закорючки не нужны.

— Научить было некому?

— Я неусидчивый. Со жрецами у меня как-то не сложилось. Да и очереди из желающих я не приметил.

— Могу я. Хочешь? — Дороти, следуя уже намеченным вешкам плана, сначала задала вопрос и только потом поняла, что при такой позе, в которой они сейчас находились, звучал он не то что двусмысленно, а пятисмысленно, и все смыслы были один другого непристойней.

И кто бы сомневался в том, что Морено ухватится за самый грязный из них! Он посмотрел в ответ, тяжело, словно взвешивая все свои грехи и размышляя, можно ли добавить еще один. Потом обвел скулу Дороти, сминая кожу жесткими пальцами и, точно через силу, вытолкнул: