Книга Океан для троих, страница 86 – Реджи Минт

— Ага, то есть вот это он — почти “в себе”, — под нос пробормотал Морено, но больше ничего не добавил, видимо решив, что кресло и вино, которые ему, к слову, никто не предлагал, стоят того, чтобы промолчать.

Странно, но Черному Псу фон Берг очень не понравился. Он смотрел на сэра Августина недобро, словно прикидывая внутри себя, как его сподручнее расчленить и скормить рыбам. И даже не думал прятать своей неприязни. Дороти всей кожей ощущала эту скрытую злость, но причин ее понять не могла — Астин, конечно, обладал уникальным талантом восстановить против себя кого угодно в краткие сроки, но здесь, похоже, и стараться было не нужно — Морено невзлюбил его с первого взгляда. Кажется, еще пока Августин пребывал в собачьей шкуре.

Хорошо, что удалось провести обратный обряд.

Надо сказать, когда свора сообразила, что их сейчас будут не резать, а спасать, гвалт поднялся такой, что Дороти оглохла и на миг ей показалось, что она попала в какой-то собачий суп — в глазах аж потемнело от мелькающих ушей, хвостов, коричневых спин и нестриженных когтей, а уши заложило от воя.

Дальнейшее четвероногие обитатели бунгало взяли на себя.

Дороти осторожно, но настойчиво потянули за одежду куда-то в джунгли, застывших в недоумении Морено с Саммерсом вежливо, но уже без почтения подпихнули носами в том же направлении.

Псы привели их на прогалину в зарослях, где посреди каких-то каменных идолов с размалеванными рожами лежало бревно. Обычное. Без коры. Корабельная сосна, высушенная и выбеленная морем. Рядом в траве валялся устрашающего вида нож, с темной каменной рукоятью в виде сжимающей лезвие когтистой лапы. Собаки с воем носились рядом с ножом и бревном — но приблизиться к ним не могли, словно их отталкивало неведомой и невидимой силой.

От бревна веяло какой-то жутью, точно оно было живым, и воздух над ним плыл как от жара.

— Это колдовство, — Саммерс напоказ скрестил руки на груди. — Я к такому не притронусь.

— А сирены — не колдовство? Через Гряду ходить ты вроде не брезгуешь, — Дороти было не до чужого недовольства — нож оказался чертовски тяжелым и скользким, ни с первой, ни со второй попытки поднять его с земли не удалось, пальцы срывались с рукояти.

Пес, который, по всей видимости, все-таки был сэром Августином, наблюдал за этими попытками со снисхождением и терпеливостью святого мученика — только иногда отвлекался на чих. Другой Пес, Черный, составлял компанию первому и помогать тоже не рвался, только что не кашлял, но смотрел с презрением.

— Да чтоб тебя!..

Пальцы снова неудачно соскочили, на указательном остался неглубокий, но болезненный порез, и нож словно передумал — сам легко скользнул в ладонь. Дороти подняла его и осторожно поместила в выемку в бревне, чувствуя себя какой-то королевой из легенд, только наоборот.

— С кровью всегда быстрее и лучше, — подал голос Морено.

— Вот тут поспорю. Хотя в данном конкретном случае — правда лучше, — сэр Августин фон Берг живой и относительно невредимый сидел на траве и выглядел так, словно месяц подряд пил самый дешевый ром: щеки ввалились, глаза воспалились и покраснели, когда-то щегольская бородка свалялась в колтун. — Шаман — каналья, ведь обещал, что трансформация будет частичной, а тут весь остров прихватило. А ножик возьми и вывались. Прекрасный артефакт. Сильный. Только крепится непрочно. Несовершенство конструкции.