Книга Развод. Не возвращай нас, страница 36 – Диана Ярина

— Я была бы рада увидеться. Можете прямо сейчас приехать… — я называю адрес.

Муж скрипнул зубами.

— У тебя все хорошо? Я тебя едва слышу.

— Заболела. Чувствую себя не очень хорошо…

— Тогда тебе следует показаться врачу. Я наблюдаюсь у хорошего специалиста и сейчас же ему позвоню, чтобы он выделил для тебя местечко на осмотр…

Конечно, она преследует свои цели.

Но прямо сейчас… я нагло собралась этим воспользоваться и почему-то уверена, что такая целеустремленная бабушка, как Анна Вячеславовна, поднимет шумиху, если… не обнаружит меня.

Звонок сброшен.

Муж долго-долго смотрит мне в глаза.

— Мы не враги, Даша. Не враги…

— Не враги, — подтверждаю я.

В глазах Тимофея вспыхивают искры надежды.

— Но мы… Мы больше друг другу никто. Чужие.

— Что ты такое говоришь? — удивляется он. — Мы муж и жена. Мы столько лет вместе!

— Оказывается, все эти годы я жила с чужаком, которого не знаю, — качаю головой. — Ты мне изменил, и я не приму твоего ребенка от чужой женщины. Это конец. Развод… И не лги, что это было однажды.

Муж отходит, раздраженно сжимая и разжимая пальцы в кулак. Ему словно нечем дышать, он расстегивает длинные рукава рубашки, закатив их. На правой руке — царапины. Как от женских ногтей.

— А засосы? — хмыкнула я. — Засосы тоже есть?

— Что?

Тимофей делает вид, будто не понимает, что происходит, но при этом его левая рука взметнулась вверх и дернула вниз рукав, спрятав царапину.

Вот, пожалуйста. Прямое доказательство его неверности!

— Она мне звонила. Хвасталась…

— Или ты ей звонила?

Качаю головой: этот разговор бесполезный!

Мы будто воду в ступе толчем. Без толку.

По кругу.

Одно и то же, одно и то же…

Меня уже тошнит.

Тимофей делает шаг вперед, попытавшись меня обнять. Изо всех сил стиснул и опустил голову на плечо. Оттолкнув его, я невольно вдохнула запах его волос, меня едва не затошнило от сигаретного дыма… Не знаю, что он там курит… Может быть, даже наркотики какие-то? Похоже на дурацкие пряные благовония. Если он перешел с обычных сигарет на что-то другое, то сделал это зря.

— Отпусти…

С трудом сдерживаю ком тошноты, слезы наворачиваются на глаза от тошнотворного запаха.

Дышу через раз.

— Сейчас за мной приедет бабушка. Ты не имеешь права меня удерживать, запомни, — говорю я.

— Что ты заладила, а? Не хочешь подождать немного, да?

У него будто в голове затычка, говорит одно и то же, ведет себя неадекватно.

— Дай пройти, Тимофей.

Он заглядывает за мою спину, потом смотрит по сторонам, заметив сумку.

— Вот как… Ты и вещи собрать успела?

— Не все. Но самое необходимое я заберу сегодня. Это точка. Я ухожу! Твою измену я не прощу!

— Я пытался с тобой поговорить. Но… Это разговор слепого с глухим.

— В этом я с тобой согласна. Мы никогда не договоримся, и я желаю тебе счастья. Ты хотел детишек, теперь они у тебя будут. Но не со мной.

Тимофей тяжело дышит, губы дергаются.

Мой телефон начинает звонить.

Снова бабушка.

Муж роняет взгляд на экран, словно раздумывая, получится ли у него стать препятствием?

Не смей, прошу его мысленно.

— Что ж, если ты так решила… То мне остается только одно. Дать тебе желаемое. В ноги падать тебе не буду, — угрюмо отзывается муж. — Ты знаешь, где дверь.

— И это все, что ты можешь сказать?

Он смотрит на меня удивленно.