Онлайн книга «Развод. Не возвращай нас»
|
Глава 21. Она После моих слов лицо мамы изменилось. — Да что с тобой не так? — выкрикнула она со слезами. — Я столько боли и горя перенесла, выносила тебя! Дала тебе жизнь… вопреки. Все свое здоровье в этих больных отношениях оставила, ночей не досыпала. Я… Всю жизнь тебя оградить пыталась от семейки этих чудовищ, и вот какая твоя благодарность? Как только денежками запахло, ты готова бросить меня, больную, одинокую… Ради зеленых бумажек? Ооо… Кажется, в тебе от отца больше, чем я предполагала. Гены пальцем не сотрешь. Каждое ее слово ранит меня в самое сердце. Слезы закипают на глазах. В шоке смотрю на маму и делаю несколько шагов назад, не в силах поверить, что она может обвинять меня в подобном. — Как у тебя язык повернулся сказать подобное? — спрашиваю, едва дыша. — Как, скажи?! Разве я тебя предаю? Я просто пытаюсь разобраться в случившемся, и если так вышло, что открылись обстоятельства… Нужно их рассмотреть! — Ты должна быть на моей стороне, — требует мама. — Как я все эти годы… была на твоей! — Или на своей, мама? — решаюсь спросить я. — Выходит, ты хотела зацепиться за солидного мужчину. Он тоже по своим причинам держался этого брака. И теперь ты винишь меня в том, на что я повлиять не могла? На твои мотивы поступков из прошлого? Мама качает головой, она меня словно не слышит, не пытается услышать: — Согласившись на предложения этой старухи, ты просто продашь свою душу дьяволу! Задешево! Не веришь ни мне, ни мужу, с которым столько лет в браке прожила… Но стоило появиться старухе, как ты сразу же поверила ей… — Довольно. Я больше не желаю это слышать. И ты, кажется, не понимаешь… что творится, мама… За своими обидами ты ничего не видишь. Ни-че-го! Мы смотрим друг на друга так, словно чужие. Я вижу перед собой женщину, поседевшую рано, поставившую на себе крест, погрязшую в обидах. Вижу ее и понимаю, что не хочу быть такой же… Ослепшей в гневе обид. Не хочу… и не буду… Я четко понимаю, если останусь жить здесь, контактировать с Тимофеем, злиться, провоцировать и цеплять его своими обидами за его измену, то погрязну в этом болоте и потеряю себя, а ведь у меня были мечты, планы… Неужели я все это похороню и пойду на поводу у чужих мнений. — Куда ты пошла? — бросает мне в спину мама. — Куда? — Анна Вячеславовна предложила пожить у нее, но я отказалась, считая, что мне есть, куда пойти, в сложной ситуации. Оказывается, я ошибалась. Чувствую, как мне в голову прилетело что-то. Обернувшись, вижу, что это кухонное полотенце, которым мама только что вытирала посуду. Словами не передать, как мне стало обидно и противно получить вот такое… от самого, казалось бы, родного и близкого человека. — Я понимаю, твои обиды… — Нет. Ты не понимаешь! Ты не пережила ничего, даже близко похожего на то, что пришлось пережить мне! — перебивает мама. — Твои обиды и ссоры из прошлого были серьезными. Ты враждовала со своей свекровью, но я не могу понять одного, — продолжаю я. — Чего ты боишься, мама? Того, что я отвернусь от тебя? Или что стану думать о тебе хуже? Зря… Ты всегда будешь мне мамой. Всегда. Даже несмотря на то, как ты сама сейчас ко мне жестока и несправедлива… Вот так и оказалось, что я стала беженкой. Словно всюду кругом — пожар, и я с одним маленьким узелком вещей в руках очутилась на пороге дома бабушки, о которой до недавнего времени не знала совсем ничего. |