Книга Измена. И глупо, и поздно, страница 14 – Дора Шабанн

— Понимаете, Галина Михайловна, почему мы с Алиной были настолько против большого застолья?

Вздохнула, покачала головой и кивнула: печально и с пониманием. Потому что вспомнила, как на нашей с Колей свадьбе дорогие родственники соревновались: кто больше абсурдных и не очень приятных вещей вспомнит о нашем с Говоровым детстве. Позорище вышло тогда знатным.

Неожиданно, но внезапная проблема у Коли на работе оказалась кстати.

Когда Алевтина Иннокентьевна в очередной раз начала утверждать, что мы все непременно, после отправки молодоженов в «медовый месяц», должны поехать к ним, мрачный муж, как раз завершив телефонный разговор, приобнял меня и негромко заметил:

— Отвезём ребят в аэропорт, потом я вас с Тасей домой заброшу, а мне придётся на таможню съездить. Что-то там опять намутили с документами.

Было это, конечно, неприятно, но в целом за возможность продинамить попойку у Малиновских очередной сбой в новой работе Говорова можно было простить.

Я вздохнула:

— Ну, что делать? Будем ждать тебя дома.

— Выпить можно и у нас. Без них, — хмыкнул муж.

Тут я была с ним полностью согласна.

И чуть позже, стоя с бокалом игристого у стола, наблюдая за роднёй и гостями, прикинула:

— Да, накушался народ уже знатно и, похоже, что «своим», по принципу: у нас с собой было. Но еще существовал мизерный шанс, что обойдётся без грандиозного позорища, ведь вроде бы осталось немного: танец молодых, торт, бросание букета и поездка в аэропорт.

— А мама Галя с папой Колей подарили нам путешествие, — громко заявил зять в ответ на очередное восторженное восклицание матери, что они с отцом подарили молодым годовой абонемент в фитнес с бассейном и сертификат на выходные в банном комплексе.

Гости начали радостно гомонить, а я только вздохнула: мы же со сватьей обсуждали список подарков. Но она опять единолично решила иначе. Как всегда.

— Ах, Галочка, как же это здорово, что Алина с Андрюшенькой нашли друг друга и теперь так счастливы, — неожиданно материализовавшаяся около меня баба Поля, наряженная в свое любимое изумрудное шелковое платье с жемчугами, покачала головой.

Поскольку со счастьем дочери мы за эти годы как-то свыклись, то улыбалась я вполне искренне, хоть и устало.

А бабушка, тот человек, который всю мою жизнь был среди родни наиболее адекватным, вдруг хитро улыбнулась:

— Пляши, Галчонок, твоя старая бабка решила все же последовать твоему совету и перебраться к дочери!

Глаза мои непроизвольно вылезли на лоб, поскольку это было мощное революционное заявление.

— А мама что? — уточнила осторожно.

Потому как не только бабушка не желала никуда деваться из своей квартиры, но и мама как бы не горела мечтой жить совместно с родительницей.

— Так, а что она? У неё нет выбора: за все её громкие заявления нужно отвечать. Била себя в грудь, крича, что её родители в старости — это её забота? Ну вот, пришла она, та старость.

Мне было все это, конечно, слышать удивительно, но, как выяснилось, бабушкины сюрпризы ещё не закончились.

— А квартиру свою я Алиночке подарила, — фыркнула баба Поля. — Не волнуйся, имущество это добрачное.

— О-ля-ля! — единственное, на что меня хватило от изумления и ужаса.

Подарок, это, естественно, здорово, но что скажет мама?