Онлайн книга «Уходи, но останься...»
|
Большем, чем мог себе представить… * * * Мама высылает мои десткие фото, я сравниваю их с фотографиями Давида. Да, мы оба смуглокожие и темноволосые, отсюда сразу же возникает мысль, что он — мой сын. У Карины на личной странице есть ее детские фото. Она сама мне как-то хвалилась, что оцифровала все фото. Сравниваю ее фото и фото Давида… Всматриваюсь в фотографии до тех пор, пока не начинают болеть глаза! Но выводы все те же: Давид, без всяких сомнений, сын Карины — тот же нос, губы, уши… Все остальное — с натяжкой можно приписать мне! Так, довольно. Все решит тест на отцовство, и закончим на этом. Остается только одно — сделать тест так, чтобы Карина ничего не заподозрила и не вставляла палки в колеса. Звоню Карине. Совпадение или нет, но она говорит, что ее не будет несколько дней. Она поехала к тете в гости, развеяться. Подозреваю, что Карину могла предупредить ее мама. Все-таки она — мать Карины, и, даже если не одобряет всех ее поступков, то будет поддерживать до самого финала. Или она, или отец… Но ее точно предупредили! Поняли, что я пойду до конца, пойду на все, чтобы выяснить правду. Тянет время? Выкручивается? Это лишено смысла! Я все равно узнаю правду. * * * Она Несколько дней спустя Мы с Ильей не вместе, но и не порознь. Я все еще живу в квартире отца, не соглашаясь на то, чтобы снова жить под одной крышей. Илью это злит и будоражит, он начал ухаживать за мной так, как не ухаживал даже в самом начале нашей истории. Теперь я получаю от него больше внимания, оно более искреннее и настоящее, неподдельное. В наши отношения вернулся интим, близость стала другой — более чувственной, страстной и… глубокой. За эти несколько дней мы сблизились больше, чем за несколько лет брака. Возможно ли такое? Если бы кто-то сказал, я бы и не поверила. Но я переживаю все это прямо сейчас, это происходит каждый день со мной и с ним. Поэтому я запрещаю себе думать в ключе, что какое-то событие невозможно. Иногда бывает, что желаемого пока еще нет в нашей жизни, но это совсем не означает, что его не будет никогда. Это вселяет в меня уверенность… Поведение Ильи, его беспрестанное внимание ко мне, бережная забота и желание быть открытым примирили меня с выбором отца. Я много и сильно злилась, была обижена, что он утаил от меня правду о договоренностях с Ильей. Но теперь я больше не держу на него зла и, наконец-то принимаю решение, окончательно разобрать его бумаги, старые фотографии. Возможно, даже примусь за ремонт, у меня уже мелькают кое-какие идеи, надо только связаться с дизайнером… Обязательно подключу к этому делу своего любимого сухаря — Илью. Он больше по практической части, а я — человек творческий. Мне очень хочется, чтобы и он внес свою лепту. Пусть это будет первым серьезным и большим совместным делом, над которым мы станем трудиться бок о бок. Хочу, чтобы это объединило нас еще больше. Подруга довольно скептически воспринимает мой настрой, шутит: — Кажется, ты не настроена мириться с мужем? Ты просто хочешь со стопроцентной гарантией получить развод! — говорит она. — Сколько ссор возникакет во время ремонтов. Знаю не понаслышке. У меня дядя с тетей едва не убили друг друга, разругались в пух и прах, подали на развод и еще полгода судились… — Ну, хватит! — прошу ее. — Правда… Порадуйся лучше за нас. |