Книга Развод. Без оглядки на прошлое, страница 21 – Диана Ярина

— Очень, — пошло хмыкает Захар, и его взгляд… затуманивается.

Боже, как это гадко… Как больно…

Смотреть в любимые глаза, зная, что сейчас он думает о другой, вспоминает жаркие моменты с ней!

В такие мгновения все хорошее, что было между нами, начинает стираться, будто его заволакивает молочным туманом. За этим не разглядеть и не понять, сколько было настоящего и искреннего в последнее время?

Как долго он мне лгал?

Как долго знают дети…

— Что ж, вот и займись своей гибкой финтифлюшкой, а меня оставь в покое. У меня своих дел полно. Сад, дом… Бассейн, ЛФК,

— Внуки еще, — напоминает.

— Неужели ты думаешь, что после того, как мне врали в лицо и дочь, и сын, я стану, как и прежде, уделять столько времени их нуждам?

— Ты обижена на детей. Но к обидам на детей решила и внуков примешать? За грехи отцов дети не в ответе.

— Нет, но грехи отцов всегда отбрасывают тень на детей. Или ты считаешь меня из тех женщин, которым ссы в глаза — им все божья роса?!

Ноздри носа Захара затрепетали. Он поднимается и складывает руки под грудью.

— Тебе не кажется, Нина… Что вчера ты… кхм… Многовато на грудь приняла?

— ЧТО?! — ахаю я.

— То, Нина. То самое. Ты погляди… И голосок у тебя прорезался, и голой ты спать начала… Что же ты раньше меня таким не баловала, а? Глядишь, тогда бы мне и не понадобилось по сторонам глядеть! — заявляет с упреком.

Глаза сверкнули.

— Вот еще. Не думаю, что мои прелести тебя хоть сколько-нибудь впечатлили и порадовали! А что касается сна нагишом, то…

— То…

Захар делает шаг вперед.

Я замолкаю.

Муж сверлит меня взглядом.

— Ты не договорила.

— Неважно. Мы теперь почти чужие люди, и мои привычки и некоторые соображения тебя больше не касаются.

— Что значит… мы почти чужие люди?— возмущается. — У нас дети, у нас столько лет за плечами…

— Но у тебя новая любовь. Последняя, как ты подчеркнул. Интересно, твоя новая последняя любовь будет рада узнать, что ты пялишься на голую, почти бывшую старую жену? И без спроса входишь в ее спальню…

— Не переворачивай! Я просто увидел, что ты наклюкалась хорошенько! Плюс ты так поздно никогда не вставала, поэтому я решил тебя проверить.

— Не стоило. У меня, может быть, сейчас тоже второе дыхание откроется? И жизнь изменится… Могу спать утром подольше, ведь больше не нужно наглаживать тебе брюки, рубашки, готовить завтраки и наполнять твою таблетницу БАДами.

Чем больше я говорю, тем мрачнее становится лицо Захара.

Такого поворота он явно не ожидал.

— У меня будет к тебе маленькая просьба, Захар. Вернее, это сложно назвать просьбой. Скорее, ты обязан сдержать свое слово. Я хотела бы увидеть документы на машину и квартиру.

— Будут.

— В ближайшее время. Я тебе смской напишу, когда мне будет удобно.

— Хорошо.

— Что ж, тогда все. Я больше тебя не задерживаю. Завтрак готовить я не планировала. Сегодня у меня детокс.

Захар издает какой-то недовольный звук, больше похожий на негромкое, но протестующее рычание.

Однако сегодня я не намерена ему уступать, проигрывать и… плакать при нем тоже не стану.

Хватает и того отражения, что я вижу в зеркале — опухшая, с мешками под глазами от вчерашних слез…

— Рад, что ты в относительном порядке. Но с выпивкой… Завязывай, — говорит строго. — Учти, я буду держать этот вопрос на жестком контроле.