Книга Завтра нас не станет, страница 3 – Диана Ярина

— Мам, я беременна! — заявляет дочь, опустив ладонь на живот с пирсингом в пупке. — От твоего мужа беременна. И ты… Ты нам мешаешь!

Она

— Совсем обалдела?! — кричит дочь, схватившись за щеку.

Я в каком-то ступоре.

Просто отмечаю, как на ее щеке проступают отпечатки моих пальцев, а еще у меня сильно горит ладонь.

Невероятно сильно горит!

Я влепила дочери пощечину и сама не поняла, как это произошло.

Просто… влепила!

Потому что не могу поверить.

Потому что ее хамство перешло все границы.

Потому что в последнее время она совсем берегов не видит, и с этим надо что-то делать.

Серьезно.

Прямо сейчас!

И лучшим выходом я автоматически посчитала залепить ей по лицу хорошенько?!

Наверное, чтобы она очухалась, пришла в себя и извинилась за все сказанное и сделанное. Не только сегодня, но вообще, в целом.

Я за последнее время дочь совсем не узнаю, она подзабила на учебу, то горела желанием поступать в мед, то сказала, что у нее другие планы на эту жизнь и пошла на курсы маникюрщицы. Нет, я не против, пусть идет, пусть учится и работает, если есть желание. В этой жизни не все так просто, иногда лучше устраиваются те, кто не грызут гранит науки сразу же…

— Извинись! — требую я. — Забери свои слова обратно!

— Какие?! Какие, блин, слова забрать?! Я беременна! Это правда! Я сплю с твоим мужем! Это тоже правда. Хотя…

Дочь трет ушибленную щеку, в глазах — злые слезы.

Она отступает обратно в свою комнату и выплевывает:

— С ним я как раз не сплю! У нас нет времени спать! И я… Я ненавижу, когда ты его лапаешь… Лапаешь моего любимого мужчину!

Ах ты дрянь!

Милана отскакивает в комнату и запирается на замок.

— Думаешь, спряталась от меня за этой дверью и все? Разговора не будет? Еще чего! — стучу по двери. — Открывай немедленно или я сейчас защелку инструментом прокручу и сама открою!

— Отвали! Отстань! Ненавижу… Надоела уже. Просто отстань от него! Он мой! Мы любим друг друга, а ему тебя… тупо жаль бросить! — вопит дочка в ответ.

Кричит, как будто ее режут, а потом… потом она звонит и жалуется со слезами:

— Саш, Сашенька, я больше так не могу! Не могу, слышишь! Нет, не потерплю! Нет, до завтра не получится… Эта грымза достала. Она меня бьет! Я… Все сказала ей о нас. Все сказала… Она сейчас меня убьет! Уже ударила… Приезжай, Сашенька!

У меня все кипит от этих ее слов — Сашенька, Сашенька!

Да как она могла?!

Боже, такой спектакль закатила! Не верю я ей… Что за наговоры глупые на своего отчима?!

Мой первый брак случился ранним и по залету. Летом, после выпускного, у меня случился бурный, но короткий роман с другом одноклассника, отпетым хулиганом. Когда все мои одноклассники переступали пороги вузов и колледжей, мы с Кириллом отправились в загс, нас поженили, не спрашивая, хотим ли мы этого или не хотим.

Родила я рано, мне тогда было почти девятнадцать, брак развалился почти сразу же: у Кирилла были приводы в полицию, а потом — срок за кражу. Ни я, ни он не расстроились, когда его осудили, а я подала заявление на развод. Развели нас быстро…

С тех пор я жила у родителей, постоянно работала, хотела вырваться из душной опеки с нотками вечного осуждения. Потом, когда дочери было уже одиннадцать, я встретила Александра, мы понравились друг другу. Но я долго сомневалась, даже удивительно, как только ему хватило терпения дождаться. Потом еще полгода я его мурыжила, не отвечая согласием на предложение руки и сердца.