Книга Золушка XXL для отца-одиночки, страница 13 – Ксения Маршал

Что случилось с предыдущей няней — тоже вопрос. Ну и не будем забывать про комнату для пыток и пристрастие маленьких близнецов к шантажу и членовредительству…

И вот если бы не острая нужда в деньгах и надежном убежище, с каким бы удовольствием я послала сейчас мерзавца! Полюбовалась бы на ошарашенную физиономию — потому как уверена, ни одна душа не позволяла себе ТАК говорить с самим Хрусталевым — и королевской походкой удалилась в закат.

Эх, как всегда все упирается в деньги, будь они неладны! Вот и сижу, перевариваю. То, что предлагает Демид, вообще безопасно? Каковы шансы выбраться отсюда живой и невредимой?

— Ну, Пчелкина, — поторапливает он. — Не слышу твой положительный ответ?

Так не терпится заполучить меня в личное пользование? Ну подозрительно же! Что делать-то, а?

— Кхм… — прочищаю горло. — Хотелось бы более подробно узнать ваши условия, — мой голос откровенно слабый.

Вообще, меня больше всего интересует наличие пыточной в подвале и правдивы ли слухи про то, что он закапывает неугодных людей прямо у себя во дворе. Но не спросишь же так в лоб! Вдруг решит мне по этим местам экскурсию устроить. В назидание, так сказать…

— Какие тебе условия? Договор, что ли, на тридцать страниц мелкого шрифта составить? Дети должны быть здоровы и счастливы, вот и вся премудрость. Я своими глазами оценил: ты на это способна.

Как же хочется согласиться! Это ведь и правда решение всех моих проблем. И будь на месте Хрусталева кто-то другой, я бы уже вовсю орошала его пиджак слезами благодарности. Но мне ведь не может так в жизни везти. А цена ошибки запредельно высока.

— А если окажется все-таки, что не совсем способна? — уточняю осторожно. Чувство — словно по минному полю иду! — Если я не справлюсь?

— Никаких если, Пчелкина. Запомни, нет в этой жизни такой опции. Хочешь хоть чего-то добиться, транслируй уверенность. Иначе тебя сожрут и не подавятся. Ну а что касается детей, сама понимаешь, отвечать будешь головой и прочими частями тела, — Демид ни капли не облегчает мне задачу. — Так что, по рукам? Или я прямо сейчас собираю тебя и отвожу к коллекторам, чтобы не оттягивать неизбежное, — опасный блеск темных глаз напротив подсказывает, что их владелец ни капельки не шутит.

Да что ж за выбор такой у меня, а! Из огня да в полымя. Не покалечат кредиторы, так прикопает Хрусталев. Или его детки до инфаркта доведут. Но тут хоть можно потрепыхаться, попытаться выбраться сухой из воды. А вернуться домой — значит стопроцентно попасть в руки беспринципных заемщиков.

Поэтому с тяжелым вздохом и камнем на сердце шепчу:

— Хорошо, — в горле скребет, за ребрами покалывает.

Меня всю будто наизнанку выворачивает. Ощущение такое, словно добровольно сама себе приговор подписываю.

— Чего? Не слышу, — Демид еще и издевается.

Так нравится упиваться чужим бессилием? Интересно, Хрусталев догадывается, насколько он гадкий и мерзкий человек? Стоит мне осведомить его или бесполезно?

— Я согласна! — рявкаю на эмоциях. И вся горю от желания придушить нового работодателя. Как говорится, нет человека — нет проблем. Жаль, от остальных меня это не избавит.

— Я не сомневался, — лыбится Хрусталев. Он, наоборот, всем донельзя доволен и не стесняется это транслировать. — Мы сработаемся, Пчелкина.