Книга Золушка XXL для отца-одиночки, страница 64 – Ксения Маршал

— Любимая, не стоит столь откровенно забиваться в угол, — рокочет Хрусталев, медленно на меня наступая. — Иди сюда, — берет за руку и нежно целует.

Мои мысли тут же машут платочком и улетучиваются бесследно. Растворяюсь в поцелуе любимого мужчины. Сама льну к нему, пока его ладони медленно расстегивают на моей спине пуговку за пуговкой. Спускают платье с плеч. Оно падает воздушным облаком к нашим ногам.

— Это моя первая ночь, — шепчу доверчиво, немного коряво донося мысль.

— НАША первая брачная ночь, — поправляет муж довольно. — Я в курсе.

— Нет, ты не понял, это вообще моя первая. С мужчиной, — доношу мысль повторно.

Демид замирает. Его рот растягивается в довольной чувственной улыбке.

— О-о-о, Пчелка, — низко вибрирует он. — Я уже говорил, как сильно люблю твоих тараканов? Ведь именно они подарили мне тебя. Такую, — он резко делает мне подсечку и, поддерживая под спину, укладывает на кровать. — Готовься получать удовольствие, любимая, — пошло облизывает губы, а я ахаю, зажмуриваюсь и вцепляюсь пальцами в простыню.

* * *

Два года спустя

— Ну, за пополнение! — провозглашает тост моя мама, и я давлюсь домашним лимонадом.

— Хрусталев делает детей исключительно оптом, дайте в себя прийти, — хриплю в ошалении и бросаю взгляд на наших годовалых дочек, активно копающихся в траве неподалеку.

Они расположились под раскидистой кроной того самого дуба, который так меня поначалу пугал. Сама не знаю, почему девочки настолько сильно к нему прикипели и постоянно возле него тусуются. Поблизости от младших близняшек расположился Медок, наш золотистый ретривер. С самого рождения малышек он выступает в роли их няньки. И лучшую еще надо поискать.

Мой день рождения мы отмечаем дома, тихо, по-семейному. Благо лето на дворе и погода позволяет. У нас накрыт стол под тентом, Демид с близнецами нажарили на всех мяса. Мальчишки периодически совершают набеги на сестричек, заявляя, что проводят разыскные мероприятия. Их сыщицкий арсенал заметно вырос, и теперь чего только у них нет. Рации, тальк для снятия отпечатков, пинцеты, невидимые чернила и собственный секретный язык. В общем, хобби прогрессирует на радость бабушке и ее мужу-следователю.

— Ну, тогда за твоего мужа! — не теряется мама. В Демиде она души не чает, постоянно повторяя, как невероятно сильно мне повезло. Тут я с ней полностью согласна. Страшно представить, как бы сложилась моя жизнь, не кинь меня Червяков и не реши я спрятаться в доме у самого страшного бизнесмена города. Кто ж знал, что он окажется таким невероятным мужчиной. — Крепкого ему здоровья! И нервов с вами всеми.

О да, жена с тараканами, хоть я и почти научилась их контролировать, четверо детей и собаки (старшим близнецам пришлось завести немецкую овчарку, а заодно нанять кинолога) требуют немало душевного ресурса. Впрочем, мой самый лучший муж на свете справляется.

— Спасибо, Нина Павловна, — благодарно улыбается Хрусталев и бросает на меня победный взгляд.

Мол, смотри, как меня твои родственники ценят. Посылаю ему воздушный поцелуй. В груди щекочет. Я так нереально счастлива сейчас. Да, пусть с маленькими дочками я забыла, когда нормально спала последний раз. Пусть у нас вечный бардак и неразбериха. Пусть дети постоянно спорят и ругаются, прибегая в слезах жаловаться друг на друга. Но это так хорошо, так правильно, так живо, что никак иначе я бы не хотела. Тем более я точно знаю: после каждого наполненного суетой и усталостью дня я лягу в кровать к большому и сильному мужу, который, как и обещал, берет все проблемы на себя.

Мое сердце раздувается от любви. Кажется, еще чуть-чуть, и из меня хлынет этот радужный фонтан, накрывая всех вокруг.

— У меня тоже есть тост, — Демид поднимается. Бросает на меня лукавый взгляд. — За Настю, как за директора новой школы! Помнишь, ты спрашивала, что это за большое красивое здание строится у нас в поселке? Так вот, любимая, это мой тебе подарок, частная школа. Твой талант ладить с детьми грех закапывать, и я решил сделать тебе небольшой сюрприз. У нас есть год на отделку и поиск персонала, а там дочки подрастут, и ты сможешь приступить к любимому делу… — с визгом бросаюсь на шею Хрусталеву, обсыпаю его колючее, такое родное лицо поцелуями.

Я же уже говорила, как нереально сильно люблю мужа, да? И повезло же именно на его лестнице обронить злосчастный резиновый тапок!