Книга Золушка XXL для отца-одиночки, страница 61 – Ксения Маршал

Васька уверял, что удалил те фотки. На них я абсолютно без всего в ванной в родительской квартире. Никакого другого уединенного места в жилище многодетной семьи я не нашла. Порыжевшая от времени ванна, кафель, местами потресканный, темные швы. И я, во всех своих огромных габаритах, с загнанным взглядом и в неуклюжих позах, что не только не красили, но и наоборот выставляли мое тело в максимально невыгодном свете.

И теперь этим ужасом Анжела угрожает мне.

— О, вижу, ты понимаешь, о каких фотографиях идет речь, — зло скалится она. — Ну что ты, Настюха, не стесняйся, это же шедевр! Его можно в музее уродцев выставлять, неплохие бабки срубишь…

— Чего тебе нужно от меня? — перебиваю. Мой голос мертв, как и все внутри.

— Мне нужно, чтобы такие, как ты, не разевали рот на таких, как Хрусталев. Он — не твой уровень. Поэтому если ты не хочешь его окончательно опозорить перед всеми уважаемыми людьми, свали отсюда подобру-поздорову. И больше никогда в нашей жизни не появляйся. Иначе я прямо сейчас покажу на главном экране твои голые безобразные телеса, и весь свет увидит, какой кошмар сопровождает Демида. Усекла?

— Усекла… — я чувствую, как огромный металлический кол прошибает меня насквозь и проворачивается, наматывая внутренности.

Я не могу допустить, чтобы знакомые Хрусталева, да и он сам, увидели меня в таком виде. Я просто не могу так подставить любимого человека. Наверное, мы и в самом деле не пара. Наверное, не судьба…

— Тогда сваливай через черный ход и садись в машину, мой водитель отвезет тебя подальше.

Мой первый и единственный бал в жизни заканчивается бесславно, прямо как у Золушки. Злая охотница на принца выталкивает меня взашей и даже карету для этой цели организовывает.

Из уборной выхожу в сопровождении торжествующей Анжелы. Она проталкивает меня в дверь для персонала, командуя:

— Пойдешь вперед, потом спустишься по лестнице и выйдешь на улицу. Там тебя уже ждет мой водитель. Поняла? — киваю безжизненно. — Исчезни! — холодный приказ. — И сделай так, чтобы ни я, ни Хрусталев тебя больше не видели. Бегом! — прикрикивает.

А я в таком раздрае, что неожиданно слушаюсь и бегу. Захлебываюсь слезами, но все равно мчу вперед, чтобы покинуть красивый торжественный особняк, в котором проводится благотворительный вечер.

— Настя! — слышу вдалеке голос Демида и припускаю еще сильнее. Нельзя, чтобы он меня догнал. Я не могу его подставить и опозорить так сильно. Слишком люблю его, чтобы выставлять неудачником перед всем светом. — Пчелка, ты куда? Да постой же… — доносится из-за спины.

Лечу по лестнице с выщербленными от времени ступенями. Спотыкаюсь, чуть не падаю, но бегу дальше. Вылетаю на улицу и запрыгиваю в салон стоящего рядом автомобиля. Водитель сразу срывается с места, увозя меня. Дверь захлопываю на ходу. И тогда же обнаруживаю, что потеряла по пути туфельку. Шевелю пальцами, затянутыми в тончайший капрон. Не порвался, надо же. Вот что значит люкс…

Наша с Хрусталевым история началась с потерянной на лестнице обувки, ей же она и закончилась. Круг замкнулся, цикл завершен. У настоящей Золушки история имела счастливый конец, мне же на таковой рассчитывать не приходится. С моими вводными он попросту невозможен.

Затихаю на заднем сидении, обливаясь слезами. Мне так горько, так пусто и жгуче внутри, что становится все равно, что будет дальше. Куда меня везут — тоже неважно. Да пусть хоть весь мир сейчас начнет взрываться и гореть в агонии, я не вздрогну. Меня ломает, корежит и выворачивает наизнанку. Чувство такое, словно мне вырвали сердце и саму заставили его растоптать.