Книга Няня для олигарха, страница 93 – Элен Блио

— Куда?

— К себе.

— Зачем? Смысл?

Прижимаю, надеясь сорвать поцелуй с опухших от вчерашних упражнений губок, но…

Она отворачивается.

Отворачивается!

И это уже серьёзный звоночек. Не шутки. Если плакать она могла о потерянной девственности, то этот вот поворот — это что-то другое.

— Маруся, что случилось, малыш?

— Ничего. Просто мне пора. Сейчас встанут дети. Надо… надо их кормить.

— Маш… малыш, там есть Марина, она… она знает, что мы вернулись поздно. И… даже, вероятно, знает, что мы тут вместе.

— Как? — Маруся почему-то так непритворно пугается…

— А что такое? Мы же жених и невеста? Кстати, предложение пожениться пятого января отличное.

— Пожениться? Зачем? — выражение её лица я, наверное, впервые не могу прочитать точно.

И не понимаю.

— То есть как зачем? Марусь?

— Так. Нет никакой необходимости жениться.

— В смысле? Я не понял, Марья, объяснись.

— Что объяснять? У нас была фиктивная помолвка и…

— И?

— И я не вижу причин превращать её в настоящую.

— Не видишь чего? — начинаю закипать очень быстро.

Мгновенно разгоняюсь до первой космической, как «Ламборджини».

— Не вижу причин. — говорит твёрдо и отворачивается.

А я… я негодуя откидываю покрывало, которым укрыт, и под которым спрятаны доказательства её невинности.

— А это тебе не причина?

Заставляю её повернуться и посмотреть. Вижу, как алая краска заливает лицо.

— И что?

— Я лишил тебя невинности. Я обязан на тебе жениться.

— Сейчас не девятнадцатый век. Ничего вы мне не обязаны.

— Маруся!

— Я снимаю с вас обязательства.

— Почему? — я реально ничего не понимаю. — тебе… может тебе не понравилось?

— Именно. Не понравилось. Не понравилось, что вы…

Не сразу соображаю, что эта милая ведьмочка снова говорит мне «вы».

— Марусь… — сам не узнаю свой голос. Просящий, умоляющий.

Я не понимаю. Я согласен стать её мужем, взять ответственность за неё, её дочку, её бабушку, за всю её жизнь! Я готов! Она ни в чем не будет нуждаться больше никогда. Даже в случае развода, которого, я уверен, не будет.

Что ей не понравилось?

— Марусь, в чем дело, скажи, что я сделал не так? Ты же… ты сама сказала, что любишь?

— Это просто так… вырвалось. Я… я просто… сказала. И… И я не хочу быть вашей женой.

— Почему, Марусь?

На мгновение мне кажется, что она ответит, что есть настоящая причина, почему она так упорно говорит «нет». Но Маруся выкручивается и тут.

— Потому. Просто не хочу и всё.

— А я сказал, мы поженимся, и всё. Поняла?

Она резко поворачивается, смотрит так… словно хочет не просто ударить, расцарапать мне лицо, стереть меня.

Но она ничего не делает. Просто встает, поднимая с пола свою одежду, гордо удаляется в душ.

И всё-таки, почему «нет»?

Что случилось с моей прекрасной Мальвиной?

«Обязан»! После всего он еще и сказал это!

«Обязан».

Как будто последний гвоздик вбил в крышку гроба.

«Обязан»…

Неужели сам не понимает как это унизительно?

Ужасно.

И больно. Очень больно.

Он был так нежен со мной, ночь стала реально волшебной, сладкой, самой желанной. Лучшей.

И я чувствовала себя желанной. И лучшей тоже чувствовала. Слышала, что он шептал, растекалась сладкой истомой.

Как же было хорошо! Пока он меня не уничтожил.

Сначала словами, а потом…

Обязан жениться, значит?

Как бы не так!

Стою в душе в своей собственной ванной комнате. Тру себя мочалкой так, что, кажется, кожу сдеру с себя. И вода — кипяток.