Книга Тот, кто нарушает, страница 16 – Стефани Альвес

Упс. Его слова бьют меня под дых, но я выдавливаю смех, стараясь не подать виду.

— Наверное, ты прав. — Я ослепительно улыбаюсь ему. — Я в любом случае не встречаюсь с хоккеистами.

— Серьезно? — спрашивает он. — Почему нет?

Я наклоняю голову, и мой взгляд скользит по его лицу; губы изгибаются в ухмылке.

— Я провела среди них всю жизнь. Слишком много выбитых зубов и сломанных носов.

Он коротко смеется, но затем ухмыляется.

— Ну, у меня все зубы на месте. — Он сверкает улыбкой, которая, кажется, длится чуть дольше обычного, и я ловлю себя на том, что смотрю, как изгибаются его губы. Те самые, которые я почти поцеловала.

Я сглатываю, заставляя себя поднять взгляд, но его глаза ловят мои — пристальные и теплые. Пульс учащается. Я придвигаюсь чуть ближе, ровно настолько, чтобы он заметил, как меняется воздух, между нами. Я улавливаю слабый аромат его одеколона, смешанный с запахом алкоголя на его футболке, и это дурманящая смесь, мешающая сосредоточиться.

— Я вижу, — шепчу я, теперь мой голос тише, пока я дюйм за дюймом сокращаю расстояние. Запах его парфюма окутывает меня, мешая соображать. — Но ты все равно под запретом.

Его ухмылка становится шире, и я вижу вызов в его глазах.

— Ну, это хорошо, — говорит он с ухмылкой. — Потому что я не встречаюсь. Вообще.

Мои брови взлетают вверх от удивления.

— Вообще никогда?

Он пожимает плечами, делая еще глоток.

— Мне нравится быть свободным.

Я не могу удержаться и закатываю глаза.

— Уверена. Стоит тебе сверкнуть этой своей наглой улыбочкой, и все девчонки просто роняют трусики перед тобой.

Его ухмылка растет, но в глазах вспыхивает нечто провокационное, когда он наклоняется, сокращая пространство, между нами.

— У тебя нет иммунитета, Изабелла. Поверь мне, я знаю.

В груди все переворачивается, сердце пропускает удар, и на секунду мне действительно хочется, чтобы ему было плевать на моего брата, и чтобы он уже просто поцеловал меня.

— Если я правильно помню, — шепчу я, — ты хотел мой номер.

Он медленно кивает, уголок его рта слегка дергается.

— Хотел.

Я замираю, его слова крутятся в голове. Поджав губы, я подаюсь вперед, бросая вызов ему — и себе.

— Все еще хочешь его?

Желвак на его челюсти сжимается, глаза темнеют, пока он, кажется, взвешивает последствия.

— Наверное, это была бы не лучшая идея.

— Понятно. — Я киваю, понимая, что он прав, даже если это последнее, что я хотела услышать.

Он не сводит с меня глаз, непоколебимо.

— Нейтан и твой отец… — Он выдыхает, проводя рукой по волосам.

— Да, я знаю. — Я снова киваю, но мысли продолжают возвращаться к тому, как его взгляд скользнул по моим губам всего секунду назад. — Я просто продолжаю думать… если бы Нейтан не вошел…

Напряжение между нами растет, когда его взгляд опускается с моих глаз на мои губы.

— Хорошо, что он вошел.

— Да, — шепчу я, и голос выдает меня. Я не верю ни единому слову, слетающему с моих губ.

Его глаза снова встречаются с моими, на лице проступает ухмылка.

— Потому что ты не встречаешься с хоккеистами.

— А ты не встречаешься. Вообще.

Ухмылка Райана становится шире, в глазах мелькает веселье; он издает тихий смешок и слегка откидывается назад.

— Именно.

Часть меня хочет продолжить давить на него, но я знаю, что Райан слишком уважает моего брата, чтобы когда-либо переступить эту черту со мной, даже если мы оба этого хотим.