Книга Как не влюбиться в спасателя, страница 22 – Тори Мэй

— Зачем звали, Лидия Марковна? — вскидываю брови.

— Угости нас самым вкусным! — она залихватски ударяет по столу.

— У нас все вкусное, с ассортиментом можете познакомиться у витрины, — указываю на стойку, за которой колдует Зайчикова. — Соня вам подскажет.

— Ладно, сами посмотрим. Вижу, занята ты, — понимающе произносит она. — Поди к ярмарке готовишься?

— Да, завтра большой день, — киваю.

— Значит, увидимся.

— Обязательно. Приятного аппетита — отвечаю дежурно и возвращаюсь за работу.

— Спасибо, Лесечка!

Через час Соня снова появляется.

— Что вы слишком щедро, Олеся, — произносит она многозначительно.

— Ты о чем? — разбиваю двадцатое яйцо в чашу планетарного миксера. Решила сделать еще и безе.

— О Мраковне вашей. Они поели, а когда я принесла им счет, то сказали, что вы их угощаете. Они еще пакет выпечки с собой набрали. Я вот уточнить зашла…

— Что они сказали? — срываю с себя косынку и фартук. — Ничего подобного я не говорила! Сейчас я их «угощу».

Угощают тех, кто как минимум поддерживал. Когда я открывала свое дело, свекровь только презрительно фыркала, говоря, что я сроду супа не сварила, мол, куда с чизкейками рыпаюсь.

Когда я оказываюсь в зале, свекобры и ее подружек и след простыл.

Просрочку им за шиворот!

— Может полицию вызовем? — первой отмирает Соня. — Это ж кража…

— Ага, чтобы наш великий арендодатель рассвирепел, что я его родную мать и бабушку Ярослава на пятнадцать суток упекла? — сдуваюсь с каждым словом. — Боюсь, тогда наша аренда взлетит до небес.

— Не буди лихо, пока оно тихо, — соглашается помощница. — В следующий раз я им в кофе, которого они три литра выдули, перца сыпну. В их возрасте вообще можно кофе?

— В их возрасте можно наглеть, а насчет кофе — не знаю… — произношу понуро и собираюсь вернуться в цех. — Ну и день.

— Не такой уж и плохой, — Соня останавливает меня, схватив за руку. — Смотрите!

Обращаю взгляд в сторону моря и вижу приближающегося Славу, по традиции обтянутого в черный костюм. Только на этот раз в руках у него красуется интересная деталь…

— Какой букет! — первой реагирует девушка за столиком у окна.

Титов приближается к кофейне, притягивая все больше взглядов, а я трусливо сбегаю на кухню.

Трусливо, потому что не умею принимать букеты, тем более на людях, тем более от него.

— Ты же не думала, что мелкая сможет меня остановить? — скалится он, появляясь в моей рабочей зоне. — Это тебе, Тыковка, — протягивает мне флористическое «нечто»

Перетянутая бечевкой рябина с тяжелыми рыжими гроздьями перемешивается с подернутыми желтизной ветками шиповника и дуба. Охапка получается тяжелая и невероятно яркая.

— Ты ограбил чей-то сад? — неловко хихикаю, принимаю «поленницу».

— В бухте нарвал, там красивый лес. Ты не тряси слишком, желуди отвалятся.

— Спасибо. Что за внезапный порыв романтики?

— Я ж подкатываю к тебе, забыла? — низко произносит он и делает шаг ближе. — Называй меня дровосексом...

— Слава! Не здесь! Волосок в тексте — и конец моей репутации.

— Ты будешь таскать меня за волосы? Я согласен, — наступает он, пока я не упираюсь спиной в духовой шкаф.

Титов нависает надо мной и хищно сканирует лицо, а затем резко принимает самый серьезный вид:

— А вообще я по делу.

— По какому?

— Нужно собрать стойку для твои баурсаков. Я заберу ее вечером, и мы с пацанами по-быстрому сколотим, чтобы утром было готово.