Книга Операция «Смерть», страница 22 – Галина Кор

— Добрый день, Лев Николаевич, — чуть ли не кричу, так как размеры кабинета впечатляют. От двери до его стола с десяток метров. И этот длинный стол для совещаний посередине, как ковровая дорожка к трону Дьявола.

— Прошу, — указывает на стул рядом с его столом.

Набираю полные легкие воздуха, а с ним и храбрости, и уверенной походкой следую к указанному месту. Чего мне волноваться? Я же пока ничего не сделала… лично ему… а остальное — шито-крыто.

— Вот, пожалуйста, — кладу документы на стол, подвигаю ближе к ему и присаживаюсь, складывая руки на коленках, как примерная ученица.

— Угу… — открывает папку и просматривает документы. — Чай, кофе?

— Водички, — что-то мне реально жарко стало. Я-то слышала только голос этого Льва Николаевича, а вот сейчас могу оценить его по полной. Ну такой, 100 из 10. Здоровый мужик, крепкий, ухоженный… весь в тренде. Лет ему… под сорок. Одет — дорого. Часы на руке — мегадорогие. На голове — волосинка к волосинке. На его фоне я превращаюсь в запущенную домохозяйку с тремя спиногрызами и мужем алкашом. Так и до комплексов недалеко.

— Нинель, принеси гостье воду, — жмет на кнопку и дает указания секретарю. — Почему Станислав не приехал? — задает вопрос уже мне, продолжая изучать документы.

— Он должен был вам сам позвонить и озвучить причину, — поднимает глаза, пересекаемся. У него глаза цвета льда. Причем сам он брюнет. Контрастный персонаж...

— Прямо-таки отравился? — снова опускает глаза.

— Ага…

— А ты нет?

— А я нет. Не люблю моллюсков. — Чувствую, начинается допрос.

— Почему я раньше не встречал тебя? У тебя запоминающаяся внешность.

— Потому, что я работаю не так давно, — Лев задает с виду обычные вопросы, которые не должны вызвать у человека лишних эмоций. Все это можно списать на человеческое любопытство. Но! От него идет такой сильнейший эмоциональный посыл, что внутри меня начинает потряхивать. Стараюсь угомонить разбушевавшееся нутро, дышу на счет.

— А мы раньше точно нигде не встречались? — снова поднимает глаза, стреляя своими льдинками.

— Вы бы вспомнили. У меня же запоминающаяся внешность.

Дверь открывается и заходит его секретарь. Ее гулкие удары каблуков о глянцевый пол, вбиваются в мои нервы, как гвозди в доску… гробовую.

Передо мною появляется стакан с водой. Ставит и ждет. Чего? Чаевых?

— Свободна, — бросает ей барин.

Нинель с таким же грохотом испаряется.

— Я здесь сделал пометки. Исправьте. И в следующий раз пусть приедет сам Ставицкий.

Бросает документы чуть ближе ко мне. Не спешу брать. Поднимаю стакан и медленно пью. Лев поднимается и с грацией льва обходит стол и становится за моей спиной. У меня аж волосы на затылке дыбом становятся. Но я продолжаю пить.

— Станислав Георгиевич умеет подбирать сотрудников, — его голос звучит прямо у меня над ухом.

Резко дергаюсь от неожиданности, опрокидывая стакан на стол и заливая документы. А еще подскакиваю на месте, ударяя Льва Николаевича головой по зубам, аж клацнули. Надеюсь, язык не откусил?..

Резко оборачиваюсь. Клиент готов. Всю надменность и лоск снесло ураганом. Трет рукой подбородок и матерится. Вот это по-нашему! А-то манеры-шманеры… строит тут из себя крутого перца.

Диана.

— Как прошел день? — Родион разговаривает со мной по телефону и что-то жует. Вот гад! Я так хочу есть, что аж желудок сворачивается в голодную фигу.