Книга Все оттенки Золотого, страница 23 – Лена Фарт

— Оу. Да уж.

Я разворачиваюсь к окну. Пока никто не видит, убираю рюкзак с колен, из которого только что всё вытащила, и опускаю взгляд на свою грудь.

О нет… Блин, блин, блин!

Сегодня я без бюстгальтера. Редко ношу его, да и из-за плотной ткани сарафана с ним очень уж жарко. Щёки моментально заливает румянцем, когда вижу две небольшие выпуклости сосков на мокрой ткани. Складываю руки на стол, немного опускаясь на них. Стыдно-то как... Бежала я, прижав к себе рюкзак, а значит никто не должен был заметить мой позор. Спасибо хоть за это.

— Тимоша заболел. Сегодня будем девчачьей компанией, — говорит она и, причмокнув губами, убирает блеск в сумку.

— Передай от меня, чтобы выздоравливал.

И все мысли о том, как в такую погоду на работу добираться. И зонта у меня с собой нет. Нужно что-нибудь придумать за три пары.

— Кто-нибудь знает, как найти Глеба в соцсетях? — спрашивает Кристина у своих подруг, смотря в телефон. Втроём они садятся сразу перед нами.

— Не знаю, Крис, — вздыхает Рита, начиная расчёсывать свои чёрные мокрые волосы. — Дебильный ливень, всю прическу испортил.

— Я только Егора нашла, но он так и не принял заявку в друзья, — отвечает Эля.

— Я Егора тоже нашла. Всех друзей его перерыла, но Глеба не вижу, — Кристина блокирует телефон и откидывает голову назад, отчего холодные капли летят мне в лицо.

Шиплю, отодвигаясь.

— Ой, прости, очкарик. А вы не знаете страницу Глеба? — она поворачивается к нам и смотрит на Любу.

— А ты не охренела? — возмущается староста. — Знаю, но скажу, если извинишься за очкарика.

— Пф. Ну и ладно. Сама найду, — отворачивается и снова лезет в свой телефон.

И почему я не могу также ответить? Я ведь точно знаю его страницу. Только всё равно бы не дала никому. Глеб говорил, что раньше его доставали в соцсетях, и тяжело было переписываться с друзьями. И сейчас у него другое имя — Снайпер.

— А ты-то за неё почему говоришь? — влезает Эля. — Ей не нужны извинения, видишь молча глотает всё. Да, очкарик? — и усмехается в мою сторону.

Я морщусь, ощущая панику. Да блин, когда это всё прекратится и наступит мир?.. Без всяких оскорблений. Люба сжимает мою ладонь под партой и кивает на девчонок. Хочет, чтобы я им ответила? Да, блин…

— Один баран сказал, и его стадо стало повторять. Тупость, — Люба отпускает мою руку, и тут входит преподаватель. Звонок прозвенел давно, и он опоздал.

— Что ты сказала? — шипит Рита. — Назвала нас баранами?

— А ты подтвердила, — кивает Люба и, открывая тетрадь, берёт ручку.

— Сука. Поговорим после пары, — скалится эта Рита, а Кристина с Элей улыбаются.

Смотрю обеспокоено на старосту, но та, заметив мой взгляд, закатывает глаза.

Лекция проходит обычно, но я переживаю за сказанное Ритой. О чём они собрались говорить? Ненавижу разборки. В деревне у меня была Катька, тут Люба. Хорошо в городе Оксаны меня не трогали. Сама бы я точно стала изгоем. Бесхребетная Злата. Тяжело вздыхаю, привлекая внимание Любы.

— Что такое? Переживаешь, что ли? — спрашивает она, но писать за преподавателем продолжает. — Забей, они ничего не сделают. Тем более, дочке ректора, — подмигивает и улыбается.

Капец, мне бы столько смелости.

И староста оказывается права: ни на перемене, ни после пары они так и не подходят к нам. Мы спокойно гуляем по коридору универа, разминая мышцы после долгого сидения. Несколько раз вижу близнецов, и тут же меняю направление, утягивая за собой Любу. На третий раз она понимает в чём дело и тормозит меня, заставляя рассказать почему я их избегаю. Ну Егора понятно — чтобы не нарваться на очередное оскорбление. Хотя утром его не последовало, что очень странно. А вот Глеба почему, я и сама не понимаю. Стесняюсь его. Он знает, кто я. Но знает ли он, что я тоже знаю кто он? Можно же притвориться, что ни о какой Малине я знать не знаю, решив, что он просто назвал меня так у крыльца.