Книга Завоюй мое сердце, страница 50 – Юлия Крымова

«Права» беззвучно шепчу вместо Галины Ивановны.

Права! И меня вот-вот собьет с ног потоком этой горькой правды.

Я опираюсь рукой о стену и медленно, словно человек, который заново учится ходить, двигаю в сторону квартиры.

Ступеньки скачут, зеленые стены сливаются с потолком.

Кое-как отпираю дверь. Картинка перед глазами все быстрее расплывается. По щекам уже вовсю те самые крокодильи слезы. И я, даже не разувшись, оседаю на пол прямо в прихожей.

Дрожащими руками достаю из сумки телефон. На экране почти сразу вспыхивает фотография водопада, сделанная три дня назад. Снимок получился спонтанным, но таким невероятным, что я не удержалась и поставила его на главный экран. А теперь удаляю и возвращаю на место наше с Андреем фото. То, которое висело на заставке больше года.

— Прости. Прости. Прости, — бормочу как заведенная. — Прости. Я не забыла. Я помню. Я просто…

Всхлипываю и тут же зажимаю рот ладонью. Что есть силы стараюсь сдержать эти странные, рвущиеся наружу, звуки.

Боль, что казалось, стала немного затихать, нарастает с новой силой. Как цунами. Рушит хрупкие камушки моего спокойствия. Переворачивает все внутри. Тянет на дно.

— Простиии…

Вою во весь голос. Точь-в-точь как по похоронах. И остановится не могу, как пожарная сирена.

Сколько так сижу? Бог его знает. Отмираю лишь, когда в дверь стучат. Хотя нет. Не стучат, а натурально тарабанят.

Бросаю взгляд на экран зажатого в руке телефона. Ровно шесть вечера.

«Леша» мелькает в голове, прежде чем я слышу его голос.

— Ань, открой.

Замираю и вдохнуть боюсь, словно он может услышать.

«Уходи, уходи, уходи».

Снова стук. Как будто кулаком прямо. Много-много раз. И мое сердце так же стучит сейчас.

«Ну почему ты такой настойчивый? И зачем вообще встретила тебя?».

«Просто уйди… Пожалуйста…».

— Ань, я сейчас дверь вынесу.

Алексей.

Когда на тебя нападают — ты защищаешься. Словами, руками или всем, чем придется.

Но бывает, что в тебя стреляют без предупреждения и без объяснения причины. Со снайперской винтовки. Прямо в голову. И тут без вариантов. Как и у меня сейчас.

Ощущения такие, словно наповал одним выстрелом. И ты сделать уже ничего не можешь.

— Ань, открой. Я же знаю, что ты там.

Тишина. Но она бьет по нервам хуже звука взрывающейся гранаты.

— Ань, я сейчас дверь вынесу.

Один. Два. Три. В голове уже таймер включился.

— Я не пойду в кино, Леш, — наконец-то раздается с той стороны знакомый тихий голос. — Прости.

— Прощаю, — выдаю, но облегчения отчего-то не испытываю. — Только открой дверь.

— Нет. Уходи, пожалуйста… На совсем уходи, Леш. Хватит со мной возиться. Мне это все не нужно.

Зависаю на несколько секунд. Пульс долбит где-то в ушах, и я не уверен, что расслышал правильно. Я сейчас вообще словно на своем первом задании. Хер знает, куда бежать и что делать.

Гребаная беспомощность выводит из себя и парализует одновременно.

— Что именно не нужно, Ань? Не хочешь в кино, не пойдем.

Достаю из заднего кармана билеты и рву их, будто она может видеть.

Фильм я выбрал самый мрачный, как и просила. Про серийного убийцу и девушку, в одиночку расследовавшую исчезновение сестры. Так себе романтика. Но мне хотелось, чтобы Ане понравилось. На обратном пути я даже заехал в цветочный. Долго тупил, оглядываясь по сторонам.