Книга Завоюй мое сердце, страница 84 – Юлия Крымова

Мне плохо, Леш. Ты уехал. И мне так плохо.

Осторожно отпираю дверь. Снимаю обувь и осматриваюсь по сторонам.

Дышу часто и так жадно, будто хочу украсть весь этот воздух, пропитанный им. Как же мне не хватало этого запаха.

На полке с обувью лишь две пары Лешиных кроссовок. Я делаю небольшой круг почета от прихожей в кухню, из кухни в комнату, но нигде нет разбросанных вещей. Ни мужских, ни чьих-то еще. Зато есть наша с Лешей фотография.

С ума сойти. В рамке на комоде наше с Лешей фото.

Шок. Трепет. Восторг. Да меня сейчас просто разорвет от всех этих эмоций.

Он распечатал нашу фотографию и поставил в рамку. Руки не слушаются, когда хочу взять ее.

Аккуратно, как самую большую драгоценность, несу ее к дивану. Усаживаюсь. Смотрю и не могу насмотреться.

Этот снимок с Лешиного дня рождения. Он сам фотографировал на свой телефон. Я смущенно прячу лицо у него на груди, а Леша широко и открыто улыбается.

Боже, как же ему идет эта улыбка. И как перестать гладить пальцами стеклянную рамку?

Аня.

Я купила в Лешину квартиру цветок. Фикус. В большом напольном горшке.

Не знаю, правда, как он к этому отнесется. Не будет ли против? Но мне захотелось добавить чего-то живого в эти стены. И теперь раз в неделю я прихожу его поливать.

Да, возможно, нужно было придумать повод получше? Но, какой есть.

Сегодня одна из таких «поливальных суббот». Я протираю крупные зеленые листья, каждый из которых размером с мою ладонь, когда слышу как кто-то проворачивается ключ в дверном замке.

Мой мозг тут же выдвигает теорию, что этим кем-то может быть лишь один человек — хозяин квартиры. И едва эта мысль зарождается в голове, сердце, срывается в галоп. А я вместе с ним.

Несусь в прихожую. Ударяюсь бедром о подлокотник дивана. Путаюсь в собственных ногах. Представляю как сейчас запрыгну на него. Как в фильмах. Прямо с разбега, оплетая всеми частями тела. Жаль только…

— Здравствуй, Анечка, — приветствует меня Зоя Васильевна. По-доброму так, с улыбкой.

— Здравствуйте, — силюсь отвечать я, понимая, что застыла в жутко неестественной позе посреди коридора. — Я… Мне Катя ключ передала. Я захожу иногда пыль протирать.

Торопливо поясняю, вдруг распереживавшись, как Лешина мама воспримет мое нахождение тут.

— Тогда я зря пришла, — улыбается мне с привычной теплотой. — Пойдем хоть чаю попьем?

И мы идем. Зоя Васильевна хозяйничает. Ставит чайник, достает заварку и сахар.

Ей, наверное, приятно самой заведовать в квартире сына. Поэтому я, чтобы не мешать, усаживаюсь на стул.

Попутно говорим о всяких мелочах. О погоде. Что зиму обещают в этом году суровую даже для этих теплых краев. Я киваю и поддакиваю, хотя на дворе еще один месяц осени.

Пока чай заваривается, я решаюсь сбегать в магазин. Покупаю печенье и несколько видов шоколадных конфет. Вообще, я успела заметить, что Леша сладкоежка. Но, видимо, перед отъездом, он опустошил все свои запасы.

Когда возвращаюсь, кружки уже стоят на столе.

Выкладываю в стеклянную вазочку сладости. Зоя Васильевна посербывая чай, интересуется как дела на работе. С легким укором спрашивает, почему не заезжаю в гости.

— Я…

Хотела. Правда, думала об этом. А потом как-то неловко стало. Мы же с Лешей вроде как не вместе.

Наконец-то собираюсь с духом и говорю: