Книга Развод. Когда ты потерял меня, страница 66 – Лилия Лис

Я закрыла лицо руками, чувствуя, как слезы просачиваются сквозь пальцы.

— Мне страшно, Катя. До дрожи в коленях страшно. Я только что вышла из ада, из брака, который выпил из меня все соки и почти уничтожил меня как женщину. И теперь я стою на пороге новой жизни, глядя на твоего мужа… Достойна ли я его? После всего того пепла, что остался у меня в душе? Смогу ли я дать ему ту чистоту и радость, которую он заслуживает?

Я подняла голову, глядя на её вечную улыбку на фото. Мне показалось, что взгляд Кати стал теплее.

— Я так боялась возвращаться к нему. Боялась, что он не примет меня после того, как я попыталась вернуться к Диме. Что не поймет, почему я снова пошла в тот огонь… Но я не могла иначе. Мне нужно было убедиться, что там — выжженное поле. Теперь я знаю это точно.

Сделав глубокий вдох, я прикоснулась к краю памятника.

— Катя, я хочу, чтобы ты знала. Я никогда, слышишь, никогда не попытаюсь занять твое место. В сердце Славы и в сердце Илюши всегда будет уголок, принадлежащий только тебе. Я буду рассказывать Илье о тебе — он будет знать, какой героиней была его мама. Я не замена. Я просто… я просто хочу стать для них той силой и нежностью, которой им так не хватает. Я буду любить их за двоих. За себя — и за ту любовь, которую ты не успела отдать.

Я почувствовала, как странное, почти мистическое спокойствие начало разливаться в груди. Ветер стих, и внезапный солнечный луч пробился сквозь тучи и ветви ивы, осветив белые лепестки роз. Это было похоже на благословение.

— Спи спокойно, Катя. Они будут в надежных руках. Я не предам их. Я костьми лягу, но защищу этот хрупкий мир, который Слава строил все эти годы в одиночку. Спасибо тебе… за него.

Я поднялась, чувствуя, что моя душа наконец-то выплеснула всё лишнее. Оглянувшись в последний раз на светлый памятник, я пошла к выходу. Мои шаги больше не были робкими — они были твердыми.

Я вышла за ворота кладбища, и мне показалось, что воздух стал прозрачным, как горный хрусталь. Тот тяжелый, липкий ком, который я носила в груди долгие месяцы, окончательно растворился. Разговор с Катей стал для меня последней ступенью к свободе.

Такси везло меня по знакомым улицам. Я смотрела на дома, на спешащих по своим делам людей, и в голове пульсировала только одна мысль: «Успею ли? Не поздно ли?». Адрес Славы я знала на память — он был выжжен в моем сознании как единственный ориентир в тумане.

Когда я вышла из машины у его дома, ноги на мгновение стали ватными. Страх, холодный и липкий, снова попытался завладеть мной. «А что, если за эти месяцы он передумал? Что, если его „я буду ждать“ имело срок годности?». Я ведь действительно причинила ему боль своим уходом к бывшему мужу. Имел ли он право закрыть предо мной дверь? Имел. И от этого было почти физически больно.

Подъезд. Лифт. Зеркало, в котором я увидела женщину с заплаканными глазами, но прямой, несломленной спиной.

Пятый этаж. Дверь, за которой когда-то я нашла первый настоящий покой в своей жизни.

Я замерла перед звонком. Сердце колотилось в ребра так сильно, что, казалось, его стук слышен на всю лестничную клетку. Пальцы дрожали. Раз, два, три… Я нажала на кнопку.

За дверью послышались шаги. Знакомые, уверенные, чуть тяжеловатые. Щелчок замка. Дверь медленно открылась.