Книга Развод. Когда ты потерял меня, страница 68 – Лилия Лис

Лена в сотый раз поправляла огромный бант на голове Сони. Руки её слегка подрагивали — не от холода, а от избытка чувств. В груди разливалось щемящее, почти болезненное тепло: её маленькая девочка, её «кнопка», переступала порог взрослой жизни.

Слава стоял чуть позади, как и всегда — её надежная скала, её тихая гавань. Он обнимал жену за плечи одной рукой, а в другой держал тяжелый профессиональный фотоаппарат.

Слава не просто снимал — он коллекционировал мгновения, зная цену каждому счастливому кадру.

— Соня, не вертись, солнышко, а то бант съедет, и на фото будешь как разбойница, — ласково ворчала Лена, ловя ускользающий взгляд дочери.

— Мам, ну долго еще? Илья сказал, что в шестом классе на линейках уже не стоят по стойке «смирно»! — Соня нетерпеливо притопнула лакированной туфелькой, разглядывая подружек.

— Терпи, мелочь, — усмехнулся Илья, подходя к ним. Он заметно вытянулся за лето, заматерел, и в его движениях появилась мужская уверенность. Он по-братски взъерошил Соне прическу, игнорируя её возмущенный писк. — Раз в жизни в первый класс идешь. Потом еще проситься назад будешь, когда физика начнется.

В этот момент сквозь толпу к ним пробилась небольшая группа людей. Они выглядели слегка запыхавшимися, но абсолютно счастливыми.

— Успели! — Дима выдохнул, останавливаясь перед ними.

Лена невольно залюбовалась им на мгновение — не как бывшим мужем, а как человеком, который наконец-то нашел мир в своей душе. В его взгляде больше не было той загнанной боли и вечного напряжения, что прежде выжигали его изнутри. Под руку он бережно, словно величайшую ценность, держал Марину. Она была на седьмом месяце, и беременность удивительно её преобразила: лицо светилось тем мягким, мадонновским светом, который делает женщину по-настоящему прекрасной.

— Леночка, Слава, простите! — улыбнулась Марина, придерживая рукой живот. — Дима настаивал, что нам нужно заехать в ту самую оранжерею за «особенными» розами для Сони. В итоге застряли на переезде.

— Сонечка, это тебе, — Дима протянул дочери роскошный букет нежно-розовых роз. Он присел перед ней на корточки, не заботясь о складках на дорогих брюках, и поправил воротничок её блузки. — Ты такая взрослая, принцесса. Моя первоклассница. Я так тобой горжусь.

— Спасибо, папа! — Соня крепко обняла его за шею, а затем весело обернулась к мачехе. — Марин, а малыш там не танцует от музыки? Она такая громкая!

— Еще как танцует, — засмеялась та, кладя руку Сони на свой живот. — Кажется, у нас будет будущий футболист или балерина.

Слава подошел к Диме. Мужчины обменялись крепким, коротким рукопожатием. В этом жесте была поставлена окончательная точка в их долгой и сложной истории. Не осталось ни тени былой вражды, ни горечи обид — только взаимное уважение двух мужчин, которые сумели ради детей перешагнуть через пепелище прошлого и построить на нем что-то новое.

— Как бизнес, Дима? — спросил Слава, пока дети отвлеклись на приезд директора.

— Стабильно. Но я решил сбавить обороты. Передал часть полномочий заму, больше времени провожу дома. Марина заставляет обустраивать детскую, так что я теперь сертифицированный мастер по сборке кроваток и поклейке обоев с облаками, — Дима искренне улыбнулся и посмотрел на Лену. — Лена, ты прекрасно выглядишь. Счастье тебе очень к лицу.